У нее хорошая родословная, она из вполне пристойной касты, чтобы стать наложницей, а то и женой. К тому же она красива и образованна. Почему бы тебе на нее не взглянуть? Вдруг она тебе понравится?
– Я не прочь перейти в твой павильон любви, Сайяджи: там, наверное, прохладно и хорошо спится. Но девушек мне не присылай. Я хочу покинуть тебя уже завтра утром. Придется беречь силы для путешествия."
"– Ах, Сикандер, ты мало развлекаешься, мало отдыхаешь, а все работаешь да работаешь. Вот что значит британское образование! Я, конечно, восхищаюсь тобой, но и немного жалею. Позволь прислать тебе эту девушку! Не понравится – можешь отправить ее обратно. Хотя бы взгляни на нее, ради меня!
Алекс вздохнул. Переубедить Сайяджи все равно было невозможно. Он кивнул, решив про себя, что отправит девушку назад, как только она появится. У него не было ни малейшего желания развлекаться с незнакомкой, какой бы красавицей она ни оказалась. В прошлом он не пропускал ни одной красивой женщины, но сейчас такая перспектива его совершенно не привлекала.
Если бы понадобилось пожертвовать сном ради женского общества, он бы предпочел побеседовать с мисс Уайтфилд и узнать ее мнение о зенане. Он не сомневался, что она полна впечатлений. Ведь ей впервые довелось повстречать женщин, проведших всю жизнь в заточении и никогда не показывавших лица мужчинам, кроме собственных отцов и мужей. Сайяджи не позволял своим женам, наложницам и дочерям, а также их служанкам появляться на людях. Принцип пурдах, то есть затворничества, был наилучшей защитой женской добродетели, однако Алекс подозревал, что мисс Уайтфилд этой точки зрения не разделяла.
Он попытался представить себе ее реакцию – и сонливость сняло как рукой. Мисс Эмма Уайтфилд наверняка назовет пурдах удушливой клеткой, придуманной мужчинами для помыкания женщинами. Что еще можно было от нее услышать?
Он был так уверен, что правильно угадал ее реакцию, что почти слышал ее гневный голос. Пожелав Сайяджи доброй ночи, он последовал за кхансамой в павильон любви – небольшое сооружение, выходящее в сад с фонтаном. Что скажет мисс Уайтфилд о специальном помещении, где соблазняют и предаются любви?
Павильон Сайяджи был примерно такого же размера, как его собственный, и точно так же был накрыт сеткой, оберегающей от ночных тварей. Обстановка здесь была такой же пышной, стены были покрыты такими же фресками, изображающими сцены любви; однако не хватало вида на джунгли и журчания ручья, впадающего в пруд, который Алекс выкопал у себя в Парадайз-Вью. Просторный мягкий диван притягивал к себе. В данный момент Алекс ни о чем другом не мечтал.