В поисках Оюты — это эмоциональное СИ-чудо. Яркий красочный мир с холодными морозами и зажигательной атмосферой, где каждая встреча дышит верностью и любовью. Животик под руку молчит, а тонкий лед трескается на маленьких осколках при каждом шаге, напоминая о замерзших улицах города....
И жара стояла такая, будто мы живьем в духовой шкаф попали в качестве главного блюда.
— Мам, — шепнула испуганно Оюта, — а нам куда?
— Нам к зданию вокзала, — уверенно ответила, вспомнив, где именно Шу оставил корабль. — Ищите указатели и прочее.
— Как тот? — Марк ткнул куда-то рукой.
Вскинув голову, прищурила слезящиеся глаза, но вместо таблички заметила вдруг показавшегося из-за разбитого взрывами корабля облаченного в кожаное тряпье мужика на странной летающей штуковине, очень напоминающей одноместные мотобайки на воздушной платформе.
— Мам! — заголосила Оюта, когда чистильщик вытянул руку.
Я сама не поняла, что произошло. Но в следующий момент черный байк зашелся пламенем, а сам мужик лежал под ним и светился, что факел.
— Ну, ты крута, мам, — прошептала Оюта.
Я моргнула.
Ни капли сожаления в душе, лишь тихое счастье, что я его, а не он нас.Проглотив вязкий ком вставший в горле и ни слова не говоря детям, отыскала взглядом нужную табличку с указателем и двинулась дальше. Марк постоянно оглядывался, прикрывая наши тылы, и это меня немного успокаивало.
Толковый мальчишка!
Из-за дыма мы практически ничего не видели.
Сообразив, что так мы скоро просто здесь свалимся, отравившись парами горящего пластика, я решила отойти от платформы дальше. Да, там нас лучше видно, но и нам понятнее, куда идти. Так мы обошли несколько раскуроченных кораблей.
Оюта периодически по-детски попискивала, когда на одеяле, ползущем вслед за магнитной грузовой доской, появлялись все новые личинки.Как ни странно, я совершенно перестала их бояться. Меня более заботили чистильщики, которых становилось всё больше.
Пока эта стратегия нас не подводила.
— Червь! — неожиданно вскрикнул Марк, и, дернувшись, я послала вперёд огненный пульсар, особенно не приглядываясь.
Ползучая мерзость моментально изжарилась, но это привлекло к нам ненужное внимание.
Жужжание двигателей резко усилилось, и нам наперерез выскочили твари уже совсем иные.
