В поисках Оюты — это эмоциональное СИ-чудо. Яркий красочный мир с холодными морозами и зажигательной атмосферой, где каждая встреча дышит верностью и любовью. Животик под руку молчит, а тонкий лед трескается на маленьких осколках при каждом шаге, напоминая о замерзших улицах города....
Но, разбирать всё это в тот раз никто не пожелал.
Ну зачем?
Поживем месяц, скоро наш дом достроят.
И ещё месяц — нужно подвести коммуникации.
И ещё месяц — оформляем прилегающий участок.
И ещё месяц, там ведь внешняя отделка дома.
И ещё месяц — внутренняя отделка.
И ещё месяц — нужно выбрать мебель.
И ещё месяц — мебель собрать.
И ещё... И ещё...
Так прошел год. Но вещи-то так и остались по коробкам. Мы медленно, но верно обрастали новым хламом. И теперь заселившись, наконец, в свой дом мне приходилось разбирать аж в два раза больше ящиков.
Вокруг вообще было подозрительно тихо. Наш уютный небольшой дом с пятью спальнями на втором этаже и просторным залом, кухней и кабинетом на первом не сотрясали детские крики, и это настораживало.
Замерев, я прислушалась. Нутром чуяла — что-то творят!
Услышав шум снаружи, быстро отложила вещи и подбежала к окну. Вернулся от соседей Шу с очередной партией упакованных вещей. Рядом с ним в некогда похищенном нами картаре сидел Лукас.
— Оюта жених прибыл, — прокричала я и приготовилась. Сейчас начнет фыркать под гогот брата.
Раз... два...
— Мама, ну какой жених! — донеслось до меня сверху. — Мы просто дружим.
На лестнице появилось моё старшее сокровище, именуемое отцом — мадам «Черный одуванчик», за ней спешил господин — «Белый одуван» с какой-то подозрительной штуковиной в руке.
— Марк! Это у тебя что?
— А? — он хлопнул ресницами и просиял, мелкий пакостник.
— Ремонта чего? — так просто провести меня было уже сложно. За год наученная.
— А-а-а, — он покосился на Оюту.
— Мама, ты совсем не даешь нам развиваться. Мы всего-навсего слегка переделываем наши комнаты...
— Что? — взревела я сиреной. — Что вы там творите?!
— Добрый день, тетя Луиза, — входная дверь хлопнула, и на пороге появился Лукас и Шу.
— Что это у Марка в руках, Шу? — я шумно выдохнула через нос, готовясь к самому страшному.
— Хм... — муж растер подбородок. — У вас несколько минут, чтобы вернуть все в прежний вид. Лукас, помоги им."
"Но мальцу говорить этого и не надо было, он уже летел на всех парах к своей, похоже, первой любви. Бедный малый. Лукас был старшим ребенком в разношерстной семье марионера. Сын Демьяна. Немногим старше Оюты. И я все чаще замечала этого смышленого мальчугана с отцовскими невероятно желтыми глазами возле моей дочери.
