В поисках Оюты — это эмоциональное СИ-чудо. Яркий красочный мир с холодными морозами и зажигательной атмосферой, где каждая встреча дышит верностью и любовью. Животик под руку молчит, а тонкий лед трескается на маленьких осколках при каждом шаге, напоминая о замерзших улицах города....
— И ты еще спрашиваешь, почему я тебя мелкой называю? — усмехнулся мой спаситель, поглядывая на меня сверху вниз. — Да ты же мне в прыжке до плеча не достанешь.
— Чего это? — мгновенно вспыхнула я. — До подбородка достаю, уже проверила.
Он тихо рассмеялся и приладил к моему запястью широкую растягивающуюся черную манжету на магнитных липучках.
— Значит, все-таки интересен, иначе тебя бы не волновало, как мы смотримся со стороны, — две огромные мужские ладони легли по обе стороны моих бедер. Склонившись, Шу легко поймал мой взгляд.
Его тон...
От дикого смущения у меня во рту пересохло. Да что же это такое? В моем возрасте и как девчонка! Отвернувшись, я тут же уперлась взглядом в мощное плечо. Вот это мускулатура. В моей душе из кокона вековой паутины ползком выбралось забытое и похороненное с почестями «сексуальное влечение» и с интересом заглянуло гурсану за ворот рубахи. О ля-ля... Какая развитая широкая грудь, а пресс... Какие мягкие на вид белые волоски внизу упругого живота, так неприлично и интригующе уходящие за пояс штанов.
Выходит, что ты.
— Луиза, — мужской шепот пробрал до мурашек, — я ведь приставучий. Пока не узнаю все, что надо — не отстану. Лучше говори, как есть, иначе соблазнять начну.
Вот это была действительно опасная для меня угроза! Начнет, я ведь для виду два раза оттолкну, а потом спасайте мужика! Нет, нельзя позволять чувствам доминировать над разумом. Нужно брать себя в руки и начинать думать головой.
Не для меня он. Слишком... Эх... Трусиха...
Над пультом управления что-то тихо пиликнуло, на карте вспыхнула красная точка и погасла...
— Что это? — ухватилась я за возможность сменить тему.
Но не тут-то было. Шу подался чуть вперед и с придыханием выдохнул мне на ушко:
— Всего лишь пиратский сухогруз.
— Господин ШуЭхор, — выдохнула дрожащим голосом. — Вас так задело, что... — я как-то запнулась, подбирая слова.
— Что ты меня послала? — он деликатным не был. — Да, еще как задело. Огорчило. Расстроило, да так, что я рвал и метал и, наверное, впервые за всю жизнь потерял самоконтроль. Я тебе еще долго этого не забуду. Как тебе только совести хватило, женщина.
