Автор
В мрачных тених древнего замка начинается странное искушение — ночной шепот вдалеке, мерцание неярких фонарей под вывеской "Ищите сокровища". Тихий лес вокруг затопленный пению птиц и жарким юниевским солнце — мирное зеркало после всех мучений. Вот уже три месяца я не могу выйти из этой тьмы, словно привязана к каменным стенам, а слухи о сокровищах лишь усиливают дрожь в теле....
– Люди, здесь связь ловит, – удивленно сказала она, доставая смартфон. – Лева, мама написала! Спрашивает, как дела.
Лев подошел к Лиле, и вдвоем они принялись сочинять ответ. Я же машинально потянулась к рюкзаку. Достала свой телефон и взглянула на экран. Несколько антенн, а еще пара пропущенных – от папы.
Пока Лиля набирала ответ матери, Лев с подозрением косился на меня. Я некоторое время колебалась. Потом крепче сжала телефон в руке и решительно направилась в противоположную от машины сторону. Хотелось найти укромное место.
– Сима! – крикнул мне в спину Лев.
– Я сейчас! – громко ответила я, не оборачиваясь.
Уселась в кустах и набрала папин номер. Отец ответил сразу же, после первого гудка. И пусть мы попрощались скверно, мысль о том, что папа сейчас совсем один и не знает, где я и чем занимаюсь, меня изводила.
– Симочка, как ты? – без приветствий начал отец. Голос его был глухим и совсем далеким."
"– Хорошо, пап! – отозвалась я. – Все хорошо! Я завтра уже домой поеду.
Больше всего я боялась, что, пока меня не было, отец снова сорвется.
– Сима, я больше не пью. Все хорошо. И на новой работе тоже отлично. Я чайник нам новый купил. Ты как там, Сима? Отдыхаешь?
Мне почему-то захотелось разрыдаться. Мы никогда не были с папой близки. Я общалась больше с мамой, и мне всегда казалось, что отцу нет до меня никакого дела. Но сейчас в его голосе было столько искреннего беспокойства и боли…
– Отдыхаю, пап, все отлично, – шмыгнув, ответила я.
– Я тебя жду, – негромко сказал папа. – У нас теперь новая жизнь начнется, Сима. Ты столько шансов мне давала, что, наверное, больше мне и не веришь. Но теперь все будет по-другому. Обещаю. Только ты скорее возвращайся, дочка.
– Угу, – пробормотала я. При этом прислушивалась к себе. Кажется, я впервые верила отцу, но старалась об этом не думать, чтобы не спугнуть ранее незнакомое чувство.
Попрощавшись с папой, я выбралась из кустарника и направилась обратно к машине. Ребята поджидали меня на том же месте. Они уже достали из багажника лопаты и металлодетекторы. Ляля жевал бутерброд. Солнце припекало, поэтому все стянули куртки. Пока Макс, Лиля и Ляля о чем-то переговаривались, Лев вышел мне навстречу. Взяв под локоть, осторожно заглянул в глаза и спросил:
– Ты звонила ему?
– Звонила, – кивнула я.
