Настя Прохорова решительно направляется в центр города: пробки уже превратили Кремлевскую Набережную в настоящий балаган. Водители обжигаются краской и громят транспорт, но для нее главное - доехать до заправки, прежде чем закончится топливо на своем стареньком автомобиле....
- Там у вас нездоровый ажиотаж за забором, - сообщила водрузив самовар на стол, - а эти дуры, дрезина и вторая, говорящую хвою, расфасованную в пакетики покупают.
- А почему дрезина? - Спросила Татьяна.
- Не знаю, мне кажется ей подходит. А как ее вообще зовут?
Вопрос остался без ответа. Во первых никто не знал, как на самом деле зовут Тутусика, а во вторых, привезли еду. Мы все вместе накрыли на стол.
За обедом я была самая счастливая. Серегины родственники прониклись ко мне искренней любовью. Улыбались и ласково смотрели - все.
Интересно, кому пришла в голову идея, рядом с сосной, торговать хвоей? Предприимчивый у нас народ.
Часть 32
Все хорошее имеет свойство заканчиваться. Бегемотиха решила, что свою порцию любви я уже огребла сполна и переключилась на Серегу с Татьяной. Людочку любовью не зацепила. Надо как-то исправить. Скажу подругам, что у Люды есть, что-нибудь такое… еще не знаю какое. Но очень нужное.
Сильно заморачиваться по поводу наличия чего-нибудь у Людочки пока не стала.
- Танюша, как плохо, что в этом домике нет музыкального инструмента! Сережа должен послушать, как Тутусик музицирует! - тетушка мечтательно зажмурила глазки, растянула улыбку на все щеки и ловким движением умудрилась нацепить на вилку сразу три куска баранины.
- Почему нет? - я радостно подпрыгнула,- балалайка точно есть, еще бубен должны были привести.
- Привезли?- поворачиваю голову к поперхнувшемуся соком Сереге.
- Ну конечно привезли. Как раз когда ты спала, - Серега схватил салфетку, прикрыл рот. Лицо серьезное, глаза смеются.
Людочка закашлялась, Летусики возмущенно фыркнули и продолжили манерно кушать рыбку, Татьяна смотрит в тарелку, бегемотиха на меня - снисходительно.
