Автор
Жизнь двух бывших возлюбленных резко изменилась после смерти их общего ребенка. Теперь они встречаются для защиты дочери от неуверенных родителей, создавая невероятную атмосферу напряжения и любви в одних стенах.
Я смотрел в глаза в прорезях маски. И было видно чёртову дюжину покорности.
Вот человек меня не знал, человек по факту получал деньги, но за эти деньги он готов был доверять.
Вот что за уравнение дебильное.
Почему человек, который по определению должен доверять, человек, с которым чёртова прорва времени прожита вместе, разные моменты в этой жизни были, почему этот человек не доверяет?
А девица, которая на окладе на каком-то доверяла.
Я потянулся, медленно взял стек.
Прошёлся его кончиком по плечам Норы, рисуя одни непонятные узоры.
Спустился ниже.
В ложбинку грудей.
Нора прикрыла глаза, видимо, ожидая удара, но я никогда не любил таких мероприятий.
Даже в сексе шлёпок по заднице для меня был потолком.
А вот просто подразнить это да, это будоражило, заставляло сердце биться быстрее, а член наливаться чуть ли не свинцом.
Но член прекрасно помнил свою хозяйку. И реагировал только когда я прикрывал глаза и под ними видел жену. И стек.
Я провёл стеком по груди, а потом вернулся к шее.
— Я могу сделать все, что вы только пожелаете. — С щенячьим доверием во взгляде произнесла Нора, и я зажмурил глаза.
А на коленях передо мной ведь стояла Вика, я её хотел видеть…
— Олег, я сделаю все, что только ты пожелаешь, — звучал низко голос жены у меня в голове.
И от этого дрожь по телу проходила, а в спину херачило таким разрядом тока как будто бы позвоночник весь выжигало.
Я гулко сглотнул вязкую слюну.
— Сиди, как сидишь,— произнёс я хрипло, приоткрывая глаза, и снова эта глупая игра подсознания, которая рисовала здесь мою жену в окружении и полумраке свечей.
Покорную, доверчивую, с распущенными волосами, мягкими, темно-русыми.
Я медленно встал, прошёлся вокруг Норы, задевая стеком спину, лопатки, позвоночник."
"И наблюдая, как при каждом прикосновении Нора вздрагивала. От неожиданности.
— Оголи грудь, — произнёс я, чётко разделяя слова, и Нора послушно завела руки за спину, расстегнула ажурное бюстье, потянулась руками к шее, снимая своеобразный чокер, который соединял чашечки.
А я смотрел.
Без какого-либо даже интереса.
Я понял, что тяжело, ведь я хотел именно Вику здесь, сегодня, и вот этот диссонанс он бил по сознанию и заставлял больше раздражаться.
— Я могу все, что вы только пожелаете…
— Молчи. — Произнёс я и качнулся к креслу, бросил стек на стол и медленно вышел из апартаментов.
