Автор
Луиза Браун готовилась к встрече с подозрительным посетителем, когда услышала зов из-за двери. Она отреагировала быстро и решительно, открываясь темному миропоражению в черных одеждах, который выглядел как старый знакомый из давнего прошлого.
На пианино стояла огромная корзина с изумительными цветами.
– Кто... ты... мне? – пролепетала она.
– А кому же еще!
– Но это стоит целое состояние! Ты не должен... то есть ты не должен был выбрасывать свои деньги на цветы.
– Прочти карточку.
Луиза прошла к пианино. Ее протянутая рука замерла над роскошными розами, глаза наполнились слезами. Она сморгнула их и вытащила карточку.
«Ты была великолепна!»
Она закрыла глаза и хрипло сказала:
– Если ты думаешь…
– Неужели я не могу отблагодарить тебя за изумительный день, не говоря уж обо всем остальном? – (Она глубоко вздохнула и повернулась к нему.
Она чувствовала, что он смеется над ней. Она видела насмешку в его глазах, слышала иронию в его голосе... и гордо расправила плечи.
– Большое спасибо, но это лишнее. И я не уверена в бескорыстности твоих мотивов.
– Может, ты и права, однако не жди, что я просто исчезну.
– Нет. Не надо! – в отчаянии воскликнула она, когда Ричард обнял ее.
– В прошлый раз ты этого не говорила, – прошептал он, согревая дыханием ее щеку.
– Я была... это было совсем другое, – возразила она, не в силах подавить невольную дрожь. Ричард погладил ее обнаженные руки.
– Ты замерзла? Или боишься? Неужели я причинил тебе боль, когда целовал в последний раз?
– Нет. – Она закусила губу и заставила себя вырваться. Но он легко коснулся ладонями се плеч, и поток тепла разлился по ее телу, мешая дышать.
– Ну? – тихо спросил он, снова притягивая ее к себе. – Мы не обязаны всегда молчать. Нет ничего страшного в паре приятных слов.
Луиза обожгла его взглядом.
– Тебе не понравится то, что я хочу сказать.
– Неужели? Но ты не убегаешь.
– Отпусти меня! Или я должна затеять драку?
Ричард улыбнулся, не сводя глаз с ее губ, затем его взгляд скользнул на ее шею.
– Мне бы больше понравился поцелуй.
Луиза открыла было рот, чтобы возразить, но вдруг замерла, потрясенная до глубины души. Как бы она ни злилась на этого мужчину, его привлекательность ни на йоту не уменьшалась. Наоборот, усиливалась.
