Автор
Луиза Браун готовилась к встрече с подозрительным посетителем, когда услышала зов из-за двери. Она отреагировала быстро и решительно, открываясь темному миропоражению в черных одеждах, который выглядел как старый знакомый из давнего прошлого.
Я как-то спросила его: чем не угодило тебе семейство Муров? И знаешь, что он ответил? – Ева перевела дух и расхохоталась.
– Нет.
– Он сказал: «Я могу ездить в „роллс-ройсе“, летать в собственном реактивном самолете, украшать твою мать бриллиантами, но если в радиусе мили находится один из Муров, то меня будто не существует».
– Прими мои извинения, – криво улыбнулся Ричард.
– О, передо мной можешь не извиняться! – отмахнулась Ева. – Единственное, что я не унаследовала от папочки, – это желание производить впечатление на окружающих.
– Боюсь, виноваты новости, – сказал Ричард с явным раскаянием в голосе. – Она думала, что я один из бедолаг Нейла.
Нейл вылупил глаза, охнул, затем расхохотался.
– Господи, Лу, неужели ты не узнала имя? Конечно, Ричард известен и сам по себе. Его фотографии и документальные фильмы, посвященные дикой природе, просто потрясающи! Для того чтобы привлечь мировое общественное мнение к проблеме африканских слонов и носорогов, он сделал больше, чем любой из всех, кого я знаю.
В одно мгновение все разрозненные кусочки мозаики сложились в отчетливую картину. Луиза живо вспомнила, как после приезда Ричарда вдруг остановилась посреди своей комнаты, пытаясь понять, что ее гложет. Вспомнила свои противоречивые впечатления. Вспомнила пару замечаний, которые не могла понять еще сегодня утром. Ну почему, почему я не прислушалась к себе? С другой стороны, почему он ничего не сказал мне?
Не глядя на Ричарда, она медленно произнесла:
– Боюсь, Нейл, я еще не поняла, в какую игру играет наш гость.
– Совершенно непреднамеренно, – лениво протянул Ричард.
– Неужели? – Луиза наконец повернулась к нему. – А как насчет гениального заявления о том, что среди фотографов жуткая конкуренция и очень трудно пробиться? Как насчет твоих слов о том, что придется слоняться по улицам, если я не дам тебе приют на ночь? Как насчет.
– О, просто вырвалось, когда ты решительно настаивала на том, чтобы заплатить за кофе. Ты была уверена, что я нищий, – объяснил он кротко, лишь с легкой примесью иронии. – Что касается фотографии, то там действительно серьезная конкуренция. Я не лгал…
Решив, что с нее довольно, Луиза бросила салфетку на стол и встала.
– Простите, – холодно сказала она, – но я не выношу людей, играющих словами и правдой.
