Автор
Луиза Браун готовилась к встрече с подозрительным посетителем, когда услышала зов из-за двери. Она отреагировала быстро и решительно, открываясь темному миропоражению в черных одеждах, который выглядел как старый знакомый из давнего прошлого.
правда, упряма и всегда уверена в своей правоте…»
Он заснул только через час, так и не приняв никакого решения.
Утро было сырым и туманным. Они проспали завтрак и в спешке, чтобы вовремя освободить гостиничные номера, собрались в обратный путь.
– Нам надо поговорить, – сказал Ричард уже в машине.
– Не надо. – Луиза на мгновение коснулась его руки, лежавшей на руле. – Все сказано.
– Нет, – резко возразил он. – Если ты вооображаешь, что я просто уйду из твоей жизни, то ты не так разумна, как я полагал.
Она увидела решительную складку в уголке его губ и вздохнула.
– Ричард, ты хочешь все испортить?
– Что это значит, черт побери?
– Я все объяснила тебе вчера вечером.
– Это было до... и, между прочим, я помог тебе сегодня принять душ и одеться, даже причесал тебя.
Луиза закусила губу, вспоминая, как он намыливал ее тело, как осторожно, несмотря на спешку, растирал ее полотенцем. Удивительное ощущение близости вновь нахлынуло на нее, но она знала, что должна делать, и дай Бог ей не выдать своего волнения.
– Послушай, Ричард, у нас ничего не получится. Нам обоим это было ясно с самого начала. Я... как ты это называешь…
– Максималистка? – сухо подсказал он. Луиза внутренне вздрогнула, но сумела сохранить холодный тон, когда произнесла:
– Если тебе так нравится. А ты слишком независим.
– Это не значит, что мы должны обрубить все связи.
– Что же ты предлагаешь? Какой срок ты нам отпустишь? Год? Два?
Он забормотал под нос ругательства.
– Ричард, пожалуйста… Я знаю, что произойдет, если я попытаюсь тебя изменить, и я слишком хорошо знаю себя: я обязательно попытаюсь тебя изменить.
– Ты серьезно? – спросил Ричард, не сводя глаз с дороги.
– Да.
– Ты собираешься жить, как жила прежде?"
"– Не совсем.
Ричард долго молчал. Если бы Луиза могла прочитать его мысли, она бы сильно удивилась. Он и сам удивлялся обуревавшим его чувствам. Во-первых, он никогда раньше не испытывал того, что сейчас с изумлением охарактеризовал как типичную реакцию «собаки на сене».
