Над миром Вита нависли смертельные угрозы. Полчища нечисти готовы поглотить всё живое, а безумный маг-громовержец стремится расколоть Великое плато пополам. Герою предстоит выбрать, какое зло остановить в первую очередь, и решить, готов ли он пожертвовать всем, что ему дорого, ради спасения...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «В теле пацана 6 (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Над миром Вита нависли смертельные угрозы. Полчища нечисти готовы поглотить всё живое, а безумный маг-громовержец стремится расколоть Великое плато пополам. Герою предстоит выбрать, какое зло остановить в первую очередь, и решить, готов ли он пожертвовать всем, что ему дорого, ради спасения...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Над миром Вита нависли смертельные угрозы. Полчища нечисти готовы поглотить всё живое, а безумный маг-громовержец стремится расколоть Великое плато пополам. Герою предстоит выбрать, какое зло остановить в первую очередь, и решить, готов ли он пожертвовать всем, что ему дорого, ради спасения...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «В теле пацана 6 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Говорят, он в одиночку шесть гард порубил, остановив штурм, — раздаётся от солдатского костра вороватый шёпот. Шесть дуадских солдатиков у скудного огонька ютятся по соседству.
Обычному уху вряд ли слышно о чём лепечут. Но у меня же острый слух, вампирский.
— Там было больше, — говорит другой. — Я видел, горы изрубленных трупов, он сущий Дракон.
— А я видел, как с одного его огненного шара полыхала вся гарда."
"— Это ещё что, там меж холмов он сжёг одним взмахом тысяч сорок нечистых.
— Ого!
Улыбаюсь себе под нос. Вот же сплетники. Командиры переглядываются.
— Будете кофе? — Спрашиваю с неким умиротворением.
Кивают. Все уже распробовали. Чайник подают, смотрят так пытливо. Прямо в глаза заглядывают.
— Что скажешь, Крис? — Всё же спрашивает один из командиров фелисов, когда другой ставит так старательно и бережно наполненный чайник на палочку над костром.
Мало кто знает, что упрей изничтожили мы лишь половину, а не как многие думают, что почти всех.
— Что тут скажешь, воины, — отвечаю спокойно. — Хер не так страшен, как его молодухи рисуют.
Посмеиваются, мотают головами. Мужикам лет по тридцать пять, матёрые воины и опытные мужи.
— Пусть он и великий воин, — продолжают промывать мои кости солдаты с соседнего костра. — Но везде его не хватит. Нас сирена в одиночку так потрепала, что еле ноги унесли. Одна нечистая тысячи воинов заставила корчиться даже за стенами. Там от армии нашей мало что осталось. Мы всего не знаем.
— О, беда, а если таких у нечисти ещё много?
— Вот именно. А он постоянно куда — то летает, а возвращается страшнее самой смерти порой, дышит, как бык бешеный. Где он там дерётся? Ты говоришь шесть гард? Как бы такое не в привычке у него.
— Это ж хорошо.
— Хорошо — то хорошо. Да мы всего не знаем. А что если не пятьдесят тысяч их осталось, а больше?
— Это сколько?
— Намного больше… А он улетит и в один момент и больше не вернётся, оставив нас подыхать.
Бойцы затыкаются на время, изучают приближающихся. Делегация фелисов идёт из другой армии во главе с Нелли, которая меня, похоже, ещё не приметила.
— Все свеженькие, в бою ещё не бывавшие, — начинают у костра промывать кости и им. — Знали бы они, что их ждёт.
— Ага, сияют все. Хвосты дыбом, попки торчком.
— Да тише ты, они ж ушастые.
— И вспыльчивые. Вот принцесса ихняя какая мясная цаца. Вот бы её пожмякать.
— Причиндалы оторвёт и тебе же в рот засунет.
— Красива баба, я таких никогда в жизни не видал, — делятся впечатлениями. — Даже Вебисида в сравнении с ней старая дева уже.
— Ты на Веби не гони, она самая лучшая баба на свете. Люблю её.
— За то, что сиську показала? — Посмеивается самый голосистый.
— Да он за ней подглядывал, а она засекла.
