Возвращение изгнанника — три года спустя. Я снова в жизни, но все еще не уверенно стою на ногах. Зима прикрывает нас двойной оболочкой: тонкой стужей и гнетущим мраком ночи. В каждой мысли появляется острый вопрос — что теперь?
Похоже, «В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Хочет вырваться на солнце, но я заслоняю собой проход.
— Нет, ты не вернёшься туда, — стою на своём. Потому что не мыслю потерять её снова.
— Я хочу сгореть, пока ещё не больно. Пропусти, — раздаётся из её уст так просто.
Страшно от того, что в ясном уме это говорит. И так спокойно. Это сколько ж сил нужно, чтобы осознать свою смерть?
— Не дам, — отвечаю так же, казалось бы, спокойно.
Вот только ком к горлу подкатывает. И нет сил у меня осознавать её смерть.
— Почему? Будешь любить меня и такой? — Спрашивает, и это похоже на сарказм.
— Буду.
— Всегда так. Лжец, — выдаёт с презрением и оскалом.
— Ты скоро станешь, как прежде любить солнце. Пусть даже не перестанешь ненавидеть меня.
— Лжец, и кровь лживая, — бросает зло и отступает во тьму.
А я закрываю за собой дверь клетки и жду ещё немного.
Она больше ничего не говорит, только глаза её звериные смотрят из темноты неотрывно."
"Знаю, что она потеряла свою мать ещё в детстве. Всё те же долбанные вампиры загрызли её без шансов, когда та охотилась.
Когда мои глаза начинают заливать слезы, что уже ничего не видно, выхожу из подвала. И во дворе рву своё горло в протяжном крике, пока ещё мужиков нет. Затем валюсь без сил и тихо реву, как девка.
Хорошо, что «кошаки» не видели меня таким. Только обе служанки, которые, вероятно, в ужасе до сих пор.
Где — то к обеду самые резвые прискакали тогда.
Воины рассказали об этом мне в утешение.
Прошло два дня, а Нелли всё ещё вампир. Она просто блюёт от моей крови, и тогда её тоже стошнило. А я и не заметил.
— Ты обещал, Крис, — нависает надо мною Синдо.
Его шатает, ему бы лежать. Но он теперь постоянно доползает до меня и капает на мозги. Всё никак не успокаивается.
Вероятно, считает, что он один не смирился.
Если бы он знал, как душит меня боль. Ведь эта девочка когда — то доверилась мне без оглядки.
— Отвали от него, — гремит Рокон.
— Лучше б ты меня бросил тогда, пацан, — шипит Синдо.
— Вот именно, — фыркает один из «кошаков». — Морда неблагодарная.
— Прекратите, — обрубаю. — Синдо, сядь.
