И чем ниже идём, тем теплее."
"За ясный безоблачный свежий день промчали без остановок целых четыре села и три города, повстречав немало воинов, желающих покорить графиню на турнире. Дороги сходятся и расходятся, со всех краёв тянутся обозы с военными и отдельные отряды с иноземцами. Периодически на полях наблюдаю стычки дуэлянтов.
От греха подальше вообще не вякаю по пути, всем улыбаюсь, как дурак.
К позднему вечеру километров десяти до замка графини не доезжаем, остановившись в очередном селе на ночлег. Хотя уже шпили высоких башен последние часы пути махали нам с горизонта. А к концу я даже стены его, словно глыбы чёрного льда увидел. Ну точно ведьма!
Мракобесие какое — то вокруг неё творится. Разобраться бы поскорее, что с этой Жозефиной делать. Либо сжечь на костре, либо дать ей в рот. Одно из двух.
Село нам досталось скудное, в паре километров от основной дороги. Три на два ряда одноэтажных бревенчатых домов и храм из дерева поклонения Дракону. Зато путешественников с Тирсы и Энисуэллы немного, а то и вовсе нет.
То, что надо. В первые два дома сунулись на ночлег, нас отшили злые деды. А вот в третий хозяйка молодая приняла с удовольствием. Оказалась не совсем уж и молодая, а целая вдова с четырьмя детьми. Хотя на вид девушке не больше тридцати.
Представилась Литицией, пригласила за стол общий на ужин прямо со своими мелкими. Все девочки, старшей лет десять, остальные погодки. Каши гречневой наложила нам, чаю налила, уселась напротив взъерошенная и уставшая, но со светлой улыбкой.
— Как справляешься, хозяйка? — Поинтересовался я участливо.
Детки на меня смотрят с интересом. Старшая только стесняется.
— Соседская семья помогает за детьми смотреть, пока я в поле, — отвечает без утайки. — Не жалуюсь, всё хорошо.
— А муж где? — Выпалил Ермил, кашу наворачивая.
Ну спросила морда. У женщины глаза от слёз заблестели.
— Извините моего бойца, он порой бывает идиот, — произнёс я, посмотрев на картавого злобно, что тот сглотнул.
— Да ничего, ничего. Ещё сезона не прошло, как пропал, — заговорила с комом в горле, но быстро отошла. — Он у нас охотник, ходил в дикие аширские леса, очень опасные места там. Зато дичь всегда была, приносил и шкуры, и мясо. Ушёл в последний раз, и вот всё ждём.
Запнулась. У старшей девочки слеза на мокром месте, зашмыгала.
— Как у вас графиня кстати? — Решил тему сменить резко.
— Ох, вы о нашей прекрасной Жозефине? — Едва ли не подпрыгнула Литиция, взбодрившись.
— Ну да, и почему к ней все мчат, неужели прям такая космическая красавица, что с ума все посходили? — Спрашиваю.
Хозяйка по сторонам озирается, по Ермилу скользящим взглядом недоверчиво. Вскакивает.
— Всё, всем спать, — разгоняет детей из гостиной тесной.