Меня окидывает изучающим взглядом.
— Как минимум на предупреждение от Верховного магистрата мы с тобой встряли, — выдала.
— Порой бывает, что есть, — бросила хмуро и вновь заулыбалась. — Выбирай!
— Знаешь, — начинаю, подходя к серванту и протягивая руку на полку. — Меня интересует лишь один.
— Самый непристойный, — прокомментировала Ольви мой выбор.
О, да. Я взял кубок балерины.
Магичка смотрит с ухмылкой. А я тискаюсь с кубком, как с самым дорогим, что у меня есть. Ты моя прелесть. Просто получаю удовольствие от её реакции на мои кривляния.
— Дурак, — брякает беззлобно, не отрывая от меня задорного взгляда.
— Это я дурак? После озера молчи лучше, — отвечаю и смеюсь.
— Ах да, — Ольви будто осеняет. — Я должна ещё станцевать, как балерина.
— Не срочно, — отмахиваюсь. — Отдохни, наберись сил, переосмысли наше приключение.
Протрезвей в конце — концов!
— Как это не срочно? — Хмыкнула Ольви.
Вроде вид адекватный, посвежевшая, взбодрившаяся, говорит нормальным голосом. И тем не менее!
— Какой ты хочешь костюм, белый или чёрный? — Спрашивает, сверля меня голубыми глазищами. — Я всё ещё храню оба. И уверена, что влезу. Хотя два цикла назад положение было хуже.
— Чёрный, — отвечает моё второе «я».
То самое, что любой целой готово засадить. Первое же считает, что пора укладывать распоясавшуюся перепившую малышку спать.
Но неугомонная малышка, какой и помыслить не мог увидеть здесь Ольви, живенько бросается к шкафу.
— Подожди, пожалуйста, на кухне, я подготовлюсь! — Заявляет воодушевлённо. — Чёрный мне тоже нравится больше, он особенный.
Выхожу с сердцем набирающим обороты. Такое ощущение, что я сажусь ждать девушку из ванной, чтобы начать с ней секс.
Всё это не правильно, стучит в башке. Мы делаем что — то не то, не так, мы занимаемся какой — то хренью! Но нам чертовски по кайфу эта хрень! А ещё нас тянет магнитом друг к другу. Все эти сумасшедшие выпады нравятся нам обоим. И я не ничего не могу поделать, ибо это выше меня.
Берд… полный бред. Я усаживаюсь за стол с уже остывшей едой. Колдую очередную бутылку виски, этикетка с которой слезает почему — то даже слишком легко. И наливаю себе ещё. Ибо я не верю в то, что это реально происходит. Ольви не может быть такой… совершенной. Совершенной в простоте, в том, что она, как своя. При этом она сильнейший маг, каких даже близко не видел, умная, образованная, красавица каких поискать. А тут ещё и балерина вдобавок.
Тогда своим безразличием ко мне она протоптала местечко в моём сердце. А теперь что? Мысль промелькнула — да к чёрту всё. Мне так с ней хорошо.
Нет, я просто пьяный. И наливаю себе ещё.
— Ой, забыла про это бельё, — раздаётся с проёма. — Подожди ещё, нужно кое — что исправить.
Наступает тишина.