А для меня большой риск. Если Гертруда увидит свою дочку в таком положении, она мне жопу порвёт! Нет, ну в переносном смысле, конечно. Вместо связей и протекции я получу пинком под зад из Градира.
— Слезай, сказал, — рычу уже строго.
— И не подумаю, — брякает, посматривая на меня снизу.
Ох, ё, выгнулась так, что ткань отошла и сисяры молочно — белые видно. В таком положении ещё более здоровые. Соски, конечно, нет, но всё же. Хм, похоже, она вязку сверху распустила специально. Провокация на лицо, если не домогательства.
— Хорошо, сама напросилась, — хмыкаю и начинаю её щекотать!
Завизжала сучка, ногами задрыгала, закрутилась на мне, сиськами мотая в разные стороны, что чуть одна не выпала. Вскочила, не выдержав пытки, и я тут же поднялся.
— Всё, игры кончились, иди к детям, — произношу строго.
А она смотрит, как на предателя. Взъерошенная, будто уже оттрахали. И такая, чёрт меня побери, сексапильная с этим взглядом, что внизу живота сладкий жар разгорается. Выражение лица становится хищным, смотрит исподлобья теперь.
Останавливается метрах в трёх. Глазки игривые теперь. Мстительные такие.
Берёт за распущенный ворот спереди и легко спускает ткань, вываливая грудь мне напоказ! Я аж застыл шокированный, не в силах глаз оторвать от неожиданно прекрасного. Дойки крупные, наливные, тугие и сочные. От тяжести естественно подвисают, но всё эстетично. Соски в меру крупные, кожа на них ещё нежная и гладенькая.
Начинает отступать, с победным видом, а они ещё подпрыгивают от шагов!
— У матушки таких нет, — заявляет горделиво и на четвертом шаге, прячет их назад, разворачивается и убегает быстро.
Хм, ну если бы пошла спокойно, эффект вышел бы лучше. А так несколько нелепо выглядит. Однако девка своего добилась. Я охренел.
И двинулся к берегу, подальше от места преступления. Собрался уже заскучать, худощавая служанка ко мне примчала.
— Госпожа ждёт вас, — шепнула, воровато поглядывая по сторонам. — Я провожу.
Довела аж до цокольного этажа, где оказалась купальня. С целым бассейном, растопленной парилкой и смежной комнатой кроватью, судя по всему для массажей и прочих расслабух. Гертруда уже кайфует, плавая абсолютно голой под тусклым красноватым светом двух каминных печей по обе стороны от бассейна.
— Маргарита, ты свободна, — говорит ласково.
— Хорошо побрила госпожу? — Шепчу на ухо уходящей девушке, снимая пальто и вешая на вешалку у входа. А следом и пиджак, ибо здесь жарковато.
Красная, как варёный рак служанка уматывает ещё быстрее, закрывая за собой двери наглухо.
Прямо на плиточном бортике у воды бутылка вина с двумя бокалами и поднос с закуской. А также корзина на лавке стоит, похоже, с секс — игрушками.