— Да, я попробую найти время в нашем плотном графике, — брякаю в надежде, что сегодняшняя пустая болтовня никуда дальше не выльется.
— Договорились, — говорит приподнято, подавая руку.
Пожимаю практически непроизвольно. Ибо подающему руку не отказывают в рукопожатии, для меня это знак неуважения. Поэтому жму нежную лапку, которая начинает скрежетать кольцами.
Что ж, хрен с ней. Если что дам в рот, спермы не жалко. Чем больше знакомых в Сотне, тем лучше. Кто — то да выведет на главного. Большие надежды на Мостина, который упомянул о совещании в Первом кругу.
— А что за Первый круг? — Спрашиваю, будто невзначай.
— Верховное правление Белого королевства, первые десять, — отвечает безрадостно. — Мой старший брат там, как комендант города. А я вышла оттуда, потому что их вечные совещания — это скука смертная.
— А Мостин? — Уточняю, наблюдая, как троица уматывает далеко вперёд. Будто мужики решили выкрасть Инессу любой ценой.
— Как раз на моё место и метит. Его заслушивают с докладами о проделанной работе по инновациям, но боюсь, что должности в Первом круге Шатура ему не видать ещё цикла два — три, слишком молод и неопытен, — отвечает.
Хотя по мне так, Мостин постарше этой болтухи будет. Или она очень хорошо маскируется? В смысле, штукатурится.
Мне вдруг приходит понимание, что именно с Гертрудой легко получу достаточно необходимой информации, чтобы сориентироваться и подобраться к Шатуру.
Как говорится, если счастье лезет в попу, не отталкивай ногой!
К слову о счастье! Муж моей собеседницы вылезает из — за клумбы крайне неожиданно. Воркующая вовсю Гертруда, резко затыкается и отталкивается от меня, как от стены, легко расцепляясь. Забавно видеть, что шарахнулась, как от огня, переменившись в лице мгновенно.
— Ах ты гадёныш! — Закричал мужичок и на меня с кулаками полез. — Вздумал жену мою окучивать, пока я отвлекаюсь!
Видно не вооружённым глазом, что уже неадекватно пьян.
Легко ухожу от размашистого неуклюжего удара под истошный вопль его жены. И не понятно за кого она переживает.
Мужчина проваливается вперёд, теряет равновесие и падает.
Вскакивает, летит ещё. Снова мимо! Улетает в клумбу.
Оборачиваюсь к ошалелой милфе, которая с меня изумлённых глаз не сводит. Похоже, кончила в трусики, судя по выражению на лице.
— Ты такой ловкий, — выдала, перейдя на «ты». — И смелый, как настоящий дикарь.
— Позаботьтесь о своём муже, леди, — бросаю и спешу за Инессой.
— Я вызываю тебя на дуэль! — Раздаётся истеричное блеяние за спиной с шуршанием.