Да я весь — внимание!
— Если вы заметили, владыка, у Титана согнута нога, это сделал метаморф, когда был внутри, — снова заговорила Марета. — Ещё бы немного, и он поднял бы Его. Благо, отряд спецсил был уже внутри.
— Больше он не шевелился?
— Вот уже четыре цикла покоится, — докладывает Марета.
— И вы хотите сказать, что метаморф пытался оживить Титана, чтобы уничтожить ваш мир? — Уточняю мотивы.
— Наш и прочие, — соглашается Омбер. — И он не остановился. Теперь с помощью регектов пытается завоевать Либру и спокойно добраться сюда, чтобы завершить начатое.
— Так, понятно. Злодей рвётся сюда, — комментирую, едва скрывая сарказм.
Слабо верится, если честно.
— А вот скажите мне, дорогие друзья, — начинаю ехидно. — Метаморф способен менять обличия довольно мастерски, судя по тому, как ловко обманул мою Нелли, представившись мной. Что ему мешает перекинуться в какого–нибудь вашего сенатора и пройти в Титана? А? На кой хрен ему мутить целую войну настолько лет, чтобы добраться сюда?
Профессор посмотрел на меня с подозрением, а затем рассмеялся. Марета подхватила.
Чувствую себя дураком. Хотя не понимаю почему.
— Любой энергетический вампир выявит метаморфа в два счёта, — ответил, наконец, Омбер. — Ему не помогут никакие средства от них, даже хребтовые кости пятипалов. Вот поэтому в страже Титана каждая вторая О Ран с рыжими волосами. На них, кстати, регекты охотятся с особым энтузиазмом, по некоторой информации как раз с подачи метаморфа.
— Понятно, — вздыхаю. — Вопрос на засыпку. А сколько этот Титан здесь находится, вы не в курсе?
— Всю нашу историю, с зарождения времён, — отвечает Омбер с недоумением на лице.
Поспрашивал ещё. Они мне как будто жалуются, но ничего конкретного от них не добиться. Как метаморф мог завести или реанимировать Титана, как вырвался целым из лап их бабского спецназа с хвалёными рыжими сучками. Как выглядит в конце–концов этот самый метаморф!! Мол, как ему вздумается, так и предстаёт.
Темнят что–то, господа.
После столовой повели в отдельную комнату отдыха, где с Омбером мы остались вдвоём под музыку допотопного патефона. Здесь же профессор предложил поиграть в подобие шашек или нард. Я научил его играть в крестики–нолики.
От фокусов по явлению всякой всячины в присутствии профессора решил воздержаться. Думаю, в какой–то момент Омбер поймёт, что я могу и топливо для их ракеты без всяких проблем родить. А может, они и подводят к тому, чтоб я предложил им это сам? Хитрят? Не осмеливаются попросить владыку? Хрен их разберёшь.
К трём часам дня, как жара немного спала, вышли на улицу. Поехали в паровой тачке к Титану. С нашей стороны как раз повреждённая рука — единственный вход вовнутрь, как утверждает Омбер.