По строю, к которому мы обращены лицом, разочарованные вздохи пошли. Приподнялся на корточки, задницы не убирая с её поясницы и руки заправил за свои коленки, как на дыбе делают. Каратистка, похоже, вообще охренела. А я под горлышко взял и стал на себя тянуть. Хорошо выгибается дугой, пыхтит.
— Сдаюсь, — слышу негромкое.
— Что ты сказала? — Переспрашиваю, загибая до предела.
— Сдаюсь! — Рявкнула сдавленно Эрика.
— И регекту ты также скажешь? — Язвлю и немного сбавляю давление. — Ну уж нет, дорогуша.
С этими словами задираю топ, обнажая грудь. И хватаю за сиськи, снова выгибая её в дугу. Тереблю крохотные соски, ставлю их мастерски, после чего хватаю за потвердевшие пупырышки и начинаю их крутить. Эрика подвывает, быстро опустив угрюмую головушку. Выражения лица её не вижу, зато наблюдаю, с каким смотрят на неё подружки.
— Давай, ты сможешь, — шепчет одними губами Цедаль, сосредоточенно глядя на процесс.
Отпускаю, встаю. Секунды две Эрика лежит неподвижно мордашкой в пол, но затем вскакивает, обратно возвращая на грудь топик. И снова идёт на меня! С лицом раскрасневшимся и уже не так уверенно. Но идёт.
Резко прыгает и ногой прямо бьёт. Ухожу с линии атаки, оказываясь с боку и снова хватаю, чувствуя, что она вполне этого ожидала. Потому что следом перехватывает меня за шею и пробует бросить через себя. Но я просто не гнусь под её ничтожной силой. Увы, старый уже стал. Деревянный.
На этот раз хватаю под грудь одной рукой. А вторую просовываю между ягодиц, хватая под промежность. Сперва ладонь на лобок прислоняю, но, когда поднимаю девку, переворачивая горизонтально, получается прямо под горячую письку.
Эрика успевает сгруппировать свои накаченные ноги, но уже поздно, я только сильнее хватаю за нежную плоть. Даже ткань трусиков и лосин не спасает от кощунственной грубости с моей стороны. Потому что сжимаю писюшку сильно.
А затем ещё и швыряю на пол с особым цинизмом.
Шмякнувшись, Эрика быстро поднимается. Но успевает только на четвереньки. Потому что я хватаю её за короткие волосы, снова застав врасплох.
Девка рычит, пытается сопротивляться, но поднимается по моему рывку. Бьёт–таки в лицо и, встречая каменную скулу, вскрикивает и трясёт кистью. Подхватываю её за промежность спереди, ладонью меж булок. Так и поднимаю, переворачивая и задирая зад выше головы. Шмякаю на этот раз уже сильно прямо задницей. От удара о пол ретивая ученица уже не встаёт так быстро. А с хрипением поворачивается на бок. Но я не жалею её.