Автор
В тихом городке у моря жители прячутся от проблем в своей обычной жизни. Поезд останавливается здесь всего пару минут, но это время кажется вечным для тех, кто спешит или растерянно оглядывается на новые вызовы. Асфальт и трава словно смотрят сквозь вас, напоминая об ушедшем прошлом и том, что ждет впереди....
Запыхавшись и чувствуя, как разболелась нога, он прислонился к заиндевевшей стене, закрыл глаза, пытаясь установить и наладить дыхание. Так он стоял долго, пока окончательно не закоченел и пока не задубела спина и он почти перестал чувствовать ноги.
В ту ночь Иван, как ни странно, спал крепко, как не спал давно, пожалуй, с больницы, когда находился в полубреду. А утром, проснувшись, неожиданно и внезапно, но очень отчетливо понял, что ему надо уехать. Да-да! И срочно! Дня два на сборы – и вперед!
Только… куда? В Ленинград, в Москву? Да разумеется, в Ленинград, к сыну.
«Что, дед? – усмехнулся он. – Поглядим – посмотрим? Кто кого, а?» Да, посмотрим, на что он годится.
Через три дня он обнимался с заплаканной Тоней, прижимал к себе смущенного и растерянного брата и снова трясся в «пазике» рядом с отцом. С ним предстояло проститься уже на вокзале, на финишной прямой.
Это было сложно – проститься с отцом.
Но он попробует. Он готов. Он постарается.
Отец крепко обнял его:
– Ты не торопишься, Ванька? Зря ты так резко, зря. Пожил бы еще, оклемался! Может, вернемся?
– Нет, пап! Я должен жить своей жизнью.
Отец громко всхлипнул:
– О чем ты, сын? Я и так столько должен тебе. И уже никогда не расплачусь.
* * *С вокзала Иван сразу поехал в Купчино. Позвонил из автомата у своего бывшего дома: время было позднее и он надеялся, что Алена уже дома.
Трубку она взяла не сразу, голос был чужим, почти забытым."
"– Ты? – удивилась она.
Он усмехнулся и съерничал:
– Не правда ли, странное желание?
Она молчала. Он дунул в трубку:
– Алло! Ты меня слышишь?
– Иван, – устало проговорила Алена, – ну ты опять за свое. Как же ты не понимаешь? – В ее голосе было искреннее удивление.
