В трущобах Индии — читать онлайн бесплатно полностью

Не считайте этих слов за шутку с нашей стороны, но в этой стране, где социальные отличия имеют такую силу, нет ни одного индуса, который не согласился бы отдать половину своего состояния за право прогуляться с этой знаменитой тростью. В сущности я не нахожу особенного различия между тростью с золотым набалдашником и бантом; то и другое нечто иное, как пустая погремушка человеческого тщеславия, над которой все смеются и которой все добиваются. Раз мы находим смешным одно, потому не смеяться над другим.

В прежнее время властители Габона на берегу Африки украшали своих заслуженных офицеров крышками от коробок из под сардинок.

Когда узнали об этом факте в Европе, то все там надрывались со смеху, не замечая, что единственное различие между орденами властителей Габона и украшенными бриллиантами орденами наших властителей Европы заключаются в том, что последние можно заложить в ломбард, тогда как за первые ничего не дадут под залог. Если вы, читатель, можете мне указать какое-либо другое различие между этими двумя предметами, я буду очень счастлив узнать его. А пока вы найдете его, король мыса Лопец будет продолжать в той же степени гордиться своей крышкой от коробки сардинок, как и Македонский король своей бриллиантовой звездой.

Ничего, следовательно, нет удивительного в том, если шпион Кишная предпочел деньгам трость с золотым набалдашником, которая считалась высочайшим отличием, какое можно было только доставить человеку в его стране. Я, быть может, удивлю вас, если скажу вам, что французские губернаторы в Пондишери, унаследовавшие право прежних раджей давать эту награду, так скупы на этот счет, что при населении в полмиллиона жителей вы найдете только двух-трех индусов, получивших право носить трость с золотым набалдашником, тогда как на то же количество населения вы найдете во Франции более двухсот кавалеров ордена Почетного Легиона.

Как видите теперь, Кишная требовал очень высокой награды, такой высокой, что сэр Вильям даже колебался несколько минут, назначить ему ее или нет.

Но арест Сердара заслуживал такой награды и постыдный торг был заключен.

В последующие за этим восемь дней шпион должен был доставить Сердара живым или мертвым.

— Сколько сипаев дать тебе в твое распоряжение? — спросил его губернатор.

— Мне никого не нужно, — отвечал негодяи с гордостью, — я отослал прочь даже людей своей касты, которые сопровождали меняю. Я могу успеть только, когда буду один… совершенно один.

— Это твое дело.