Мне никто не говорил, но если бы его величество соизволили отписаться, об этом гудел бы весь замок, а люди ходили мрачнее тучи... К тому же, как я поняла, за три дня ни один из старых товарищей графа так и не появился на пороге замке.
И да, я могла бы успокоить Дориана, рассказать, что Лиар не собирается захватывать Эрхейвен. Ему это просто не нужно! Его подданные прекрасно себя чувствуют в Синдурре.
Но если скажу об этом, Дориан обязательно потянет за ниточку и узнает о снах и об обещании Лиара отправить меня домой. Конечно, он не поверит ни мне, ни Лиару. Не отпустит меня в Синдурр. И я останусь здесь навсегда!
А всё из-за их предубеждений друг к другу, из-за их старой никому не нужной вражды.
Решено: о Лиаре ни слова. Нельзя так рисковать.
К слову о рисках, возможно, я поступала опрометчиво, собравшись навестить графа-вампира в его кабинете. Но мне было так одиноко! Вообще-то одиночество я испытывала с самого первого дня, просто с каждым днём оно всё больше накапливалось. Вот и захотелось поговорить с графом. Не со слугами, которые, как бы я того ни желала, просто не могли, не привыкли быть со мной на равных, а с нормальным человеком… то есть сытым человекоподобным… нежитем.
К тому же за ночь могли прийти новости. Да и новенький Ильмих вызывал любопытство.
Занятая оправданием своего поступка, я свернула за угол, где располагалась дверь в покои Дориана.
Да так и замерла, раскрыв от удивления рот.
Стражи лежали у стен с закрытыми глазами — не то спали, не то ещё что похуже. Зато какая-то голая девица с длинными распущенными волосами медленно открывала дверь в спальню Дориана.
— О… — вырвалось у меня ни сколько от лицезрения обнажённого тела, прикрытого лишь длинной шевелюрой, сколько от жгучего укола ревности!
Неоправданной, вообще-то. Несмотря на фолиант с кровавыми печатями, граф — свободный мужчина. Я сама освободила его, когда сказала, что не считаю наш брак действительным.
И всё же расстроилась. Поджала губы и развернулась с намерением поскорее уйти.
Только не вышло — заметив моё присутствие, голая девица настигла меня в два прыжка! И в перекошенном от ярости лице я узнала...
— Уиззи? — отшатнулась от неожиданности.
— Это из-за тебя. Всё из-за тебя! — взвизгнула странная горничная.
И вскинула руку… с ножом!
От страха я заверещала.
Что сделал бы нормальный герой любого фильма или книги? Бросился бы на Уиззи, перехватил запястье, отнял оружие. А я… ничего не смогла. Не сообразила. Лишь вскинула руки в жалкой попытке защититься.
И вдруг поняла, что всё закончилось.
За смазанным силуэтом взбесившейся Уиззи выросла тёмная тень. Нож со звоном ударился об пол. И через мгновение Уиззи взвизгнула оттого, что ей заломили руки.
Тёмной тенью оказался Дориан.
Уиззи дёрнулась в его руках.