Автор
Дело преступницы и шпионки Клары Остерман раскрывается через её дневники. В них описаны запретная любовь к загадочному вампиру и жуткие эксперименты отца. Что скрывают эти признания — преступление или средство выживания?
Нет, пусть появляются, но только не когда я наконец-то ем, да ещё и бесплатно.
Мне нравится, как Афанасьев хорошо знает историю. Я и сам любил читать летописи, но господин Дроссельмеер, судя по всему, совершенно ничего не знал о Ратиславии кроме того, что ему там хорошо платят, а потому совсем не обучал меня ни нашей культуре, ни истории, ни литературе. Все знания я получил исключительно благодаря отцу, который много занимался с нами. Ну, может, ещё немного запомнил после Военного Императорского училища. Профессор истории там, увы, давно впал в маразм и только порой рассказывал, будто много веков назад Ратиславию пытались захватить людоящеры, но наши славные предки их победили. Экзамены, к счастью, хоть сдавать не пришлось. Прямо перед выпуском профессор умер, и руководство просто проставило всему курсу высший бал.
– Сама-то крепость, которая осталась от Ниенсканса, до сих пор стоит. Ну, то, что от неё сохранилось, – продолжил Афанасьев. – Там сейчас располагается лечебница для душевнобольных. Ну а скренорцев тут, конечно, давно нет. Духи невзлюбили их, потому что земля там проклятая. Так что поселенцы постепенно сами все сбежали, и долго территория считалась ничьей, хотя Скренор официально признавал её своей. В итоге мы забрали её себе, как верно отметил Демид Иванович, по итогам мирных переговоров. А прежде, задолго до скренорцев, там жили рдзенцы. В летописях нигде не упоминается название их города.
– И Злата его сожгла, – вспомнил я.
Пианист, точно подыграв, в этот миг взял такую трагичную ноту, что даже меня пробрало.
– Ох, – Сестра осенила себя священным знамением, видимо, посчитав это за знак свыше.
– Ваша местная святая, – выгнул бровь Шелли, – сожгла целый город?
– Рдзенский, – поправили мы втроём.
– А-а, – с издёвкой произнёс доктор. – Это всё менять. Если они рдзенцы. Вы же, ратиславцы, не любить рдзенец?
– Древняя рдзенско-ратиславская забава, – хмыкая в усы, сказал Афанасьев. – Наши народы вечно воевали за землю и власть, так что ненавидеть друг друга стало своего рода традицией. И в одной из этих войн княгиня Злата, которой посвящён культ Сумеречных Сестёр, пошла войной на Рдзению, желая отомстить за убитого мужа. И, оказавшись в окружении, она использовала чудовищные чары и сожгла целый город.
– С люди? – уточнил Шелли.
– Конечно, с людьми, – пожал плечами Афанасьев. – Ох, благодарю, любезнейший, – он отодвинул в сторону пустую тарелку, чтобы подошедший официант поставил новое блюдо. – У вас такие вкусные пироги.
