– Командир, следы сегодня же заметет, вон сколько снега валит. Мы его трогать не будем, доберемся до него под землей. Москва таких спецов прислала, полукомпас и все инструменты для проходки. Там, сто процентов, муфта. Вот только землю придется в речке топить. Или в канале. Полезем сверху, немцы это дело сразу обнаружат, отключат кабель. А могут и карательную экспедицию здесь учинить. В живых тогда никого не оставят.
Делать было нечего. Доложились в Москву, план одобрили, но постоянно подгоняли саперов. В середине ноября немцы были окружены под Сталинградом. Там решалась судьба войны, и от группы требовали сведений, а не метров проходки. Затем начался песок, и потребовался цемент. Москва его прислать не могла. Пришлось добывать на месте. Только второго января они смогли подсоединиться к кабелю, и сразу же стало понятно, что вся их работа была «пустышкой». Информации было настолько много, что ее было не передать. В тот день стало известно о переброске на юг трех танковых дивизий из Франции, входивших во 2-й танковый корпус войск СС. Ну и что с этим делать? Корпус перебрасывался через Брест. Отдали РДО. Приказано умножить, даже не усилить, а умножить диверсии на железной дороге. Ну и как это сделать? Тола нет, связи с подпольем нет. Мост через Мухавец – однопролетный, восстановленный. И охраняется, как бог его знает что. А больше мостов в округе нет. Один эшелон с танками удалось «уронить» с высокой насыпи в болото. И все! Пришлось отходить, так как немцы сразу начали карательную экспедицию. Терпеть диверсантов под боком никто не станет. Отошли на территорию Польши, там переждали активную часть экспедиции и вернулись. А девочки, которые не отходили, а слушали, слушали и слушали противника, передали такое количество немецких распоряжений, что потребовался самолет, чтобы все это доставить в Москву. Отошли за Луковское озеро, там зашугали местных полицаев, предварительно обрезав всю связь, и приняли борт, отправив все в Москву. Немцы окружили Язвинцевский лес и две недели там кого-то гоняли, позже выяснилось, что отряды УПА и АК. Но и основной группе отряда пришлось много маневрировать, чтобы не раскрывать своего интереса к селу Высокому. В конце концов до командования дошло, что этот объем информации просто не переварить, тем более что в результате перехвата стало известно о подготовке нового наступления в районе Курска. В феврале дали команду отойти от места бункера, обеспечив питанием и всем необходимым группу Швейцера, немецкого коммуниста, который принял командование над их девочками. Оставив десять человек в прикрытие, отряд отошел в Комаровские леса, соединившись там отрядом лейтенанта Пронягина, у которого был постоянно действующий аэродром.