- Мавр сделал свое дело, - сказал он глухо и неожиданно повысил голос: - Чтобы из квартиры работать последний раз, майор. Ваши пеленгаторы засекут квадрат, начнут докладывать, вы не будете принимать меры, и сразу уйма людей поймет в чем дело. Сообразят, что рация работает под крылышком абвера.
- Хорошо, хорошо. В будущем, капитан, будем работать из машины. Шлоссер убрал рацию в чемодан. - Не знаете, где Лота?
- Нет. - Скорин стучал пальцами по столу, повторяя только что переданное сообщение. Не ошибся ли, правильно отстучал: не Сергей, а ваш Сергей. Подпись "ваш Сергей" означала, что он находится в руках у немцев.
Лота сидела в библиотеке и разглядывала подшивку французских журналов начала двадцатых годов. Увидев Шлоссера, она отложила журналы.
- Что с вами, барон?
Шлоссер опустился в кресло, положил чемодан с рацией на колени и вздохнул.
- Се ля ви, фрейлейн. Чтобы жить, надо уметь побеждать. Подвинул девушке телефон. - Вызовите сюда радиста, затем соедините меня с Берлином, с квартирой адмирала.
- Вы меня звали, господин майор?
Шлоссер долго смотрел на радиста, не понимая, зачем он явился, затем отдал чемодан.
- Запри дверь. Прослушай и расшифруй, вот оригинал. - Он протянул радисту листок.
- Барон, Берлин на проводе.
Несколько минут трубка молчала, затем раздался сонный голос Канариса. Барон улыбнулся и ровным голосом сказал:
- Здравствуйте, господин адмирал. Прошу извинить меня за поздний звонок. Племянник дал первый концерт. Можете не сомневаться. Спокойной ночи, господин адмирал. Спасибо. - Шлоссер положил трубку.
- Я бы не доверяла русскому, барон, - сказала Лота. - Мне не нравится его взгляд. Не мог он как-нибудь предупредить Москву, что арестован?
Шлоссер почти нежно посмотрел на девушку.
- Молодец, Лота. Вы делаете успехи. - Он повернулся к радисту, который, надев наушники, что-то писал. - Ну, что?
- Пожалуйста. - Радист протянул свои записи.
Шлоссер сравнил их с текстом шифровки и вздохнул:
- Ах, капитан, капитан. Вырезай из пленки слово "ваш" и отправляй в эфир.
- Что такое, барон? - поинтересовалась Лота.
- Капитан думал, что работает в эфир, а мы вмонтировали в передатчик магнитофон, шифровка в эфир не пошла, а записана на пленку. Сейчас мы ее прослушали, выяснили, что русский добавил одно слово. Ефрейтор ножницами условный сигнал уберет, пленку склеит и тогда, Шлоссер улыбнулся, - только тогда, дорогая Лота, шифровка пойдет в Москву.
Девушка посмотрела на барона и тотчас отвернулась.