И почему-то я был абсолютно уверен, что начни сейчас оправдываться, он собственноручно выгонит туда всех наших девиц, заставит их играть в теннис, а меня на это смотреть, после чего повторно сделает замечание.
– М-м-м. Кузьма Потапов и Кузьма Ефимов… расплодили домовят, мать их! – громко пробурчал препод. – Ни хрена неудобно…
Он пару секунд помолчал, потирая подбородок, а затем осклабился в довольной улыбке.
– Так, ты! – он ткнул пальцем в моего тёзку. – С сегодняшнего дня будешь зваться Тараканом! Таракан, ты всё понял?
Потапов что-то протестующе промычал.
– А почему он, а не Ефимов! – возмущённо воскликнул один из его друзей. – Касимова же его тараканом…
– Федорчук, ты тупой? До тебя ещё не дошло? – Грем удивлённо уставился на задавшего вопрос парня. – Может, мне ещё раз выйти, а Ефимов уже тебе персонально объяснит?
– Да я… – начал было тот, но поймав мой взгляд, предпочёл заткнуться.
– Так вот, слушайте меня внимательно! Более повторять не буду. На подготовительных занятиях я уже один раз говорил, а сейчас повторю – на ближайшие пять лет вы все – одна большая неблагополучная семья. Друг с другом делайте что хотите. Мне, как вашему приёмному отцу, которому вас бездарей навязали, – до этого дела нет. Хоть поубивайте друг друга! Но если я узнаю, что кто-нибудь стучит на сторону… Лучше вам не знать, что с ним будет. Звонарь сто раз пожалеет, что его мама имела неосторожность переспать с его папой. Вы меня поняли? Не слышу.
Аудитория ответила нестройным «Так точно!», а я с интересом рассматривал нашего преподавателя. Судя по имени и фамилии, тот был англичанином, да в лице читалось что-то такое англосакское, приправленное могучей челюстью с небольшой ямочкой. А вот разговаривал он без малейшего акцента. Да и вообще манерами напоминал выходца из глубинки, который до этого работал учителем труда в школе для особо трудных подростков.
Ну и ещё одно. У меня с треском рвался навязанный телевизором и инетом шаблон, стоило посмотреть на поведение собравшихся в этом классе детишек дворян и аристократов. Возможно, что большинство из них было выходцами из не особо знатных семей, но всё равно! Передо мной были вполне реальные подростки, да с закосом под быдлоту. Таких скорее можно найти в школах или техникумах, в институтах и в университетах, то бишь там, где учатся обычные, неодарённые люди."
"Мистер Фишшин болтал ещё примерно с полчаса. Если ему казалось, что кто-то его не слушал, виновный немедленно наказывался. Методы у препода были действительно странные, а потому, вместо замечания, в голову невнимательного студента прилетал небольшой силиконовый шарик с песком, коих у Грема имелось превеликое множество.