Отдышавшись, он приподнялся на трясущихся лапах и нацелился на следующий уступ. Здесь так просто соскользнуть вниз не получится, придется прыгать над разверстой пропастью с прожорливым пламенем на дне. Он мельком глянул вниз и тут же пожалел об этом. Ущелье светилось неестественным синим огнем, бросавшим мертвенные блики на обожженные черные скалы, отполированные силой до зеркального блеска. В нос ударил едкий запах ядовитого тумана, поднимающегося со дна Ущелья. Тело само собой качнулось назад и вжалось в каменную скалу. Нет, так дело не пойдет.
Дайм там совсем один, Динка верит в него, остальные парни даже не усомнились в том, что он справится. Он не должен сдаваться. К тому же, первый шаг уже сделан. Хоегард решительно вскочил на ноги и, коротко разбежавшись, сиганул в пустоту. Доли мгновения, когда он завис в воздухе над бездонным Ущельем, растянулись в вечность. На миг ему показалось, что сердце сейчас остановится. Но вот передние лапы коснулись твердой поверхности, и он с облегчением рухнул на каменный уступ, прижимаясь к нему всем телом.
Несмотря на то, что Дайм, Шторос и Тирсвад были гораздо сильнее и отважнее его, за все время, что они провели вместе, никто из них ни разу не упрекнул его в слабости или трусости. Наоборот, рядом с ними он и сам становился смелее, как маленький щенок, грозно скалящий клычки из-за спин старших братьев. Да, эти трое за все время, проведенное вместе, стали ему ближе чем родные братья.
Хоегард поднялся на ноги и осмотрелся. К счастью, соседний уступ оказался на расстоянии одного шага, и на него можно было просто спуститься. Он надеялся, что возвращаться этим же путем ему не придется.
С соседнего уступа он снова, зажмурившись, прыгнул дальше. Благо расстояние было не таким уж большим.
Когда он впервые увидел Дайма, то испугался его мощи и ауры власти, исходящей от большого черного самца. И счел самым лучшим решением подчиниться. Сейчас, спустя почти шегард, он думал, что это было одним из самых лучших решений в его жизни.
Размышляя о своей стае, Хоегарду удалось отвлечься от парализующего страха, и он все увереннее и увереннее двигался с уступа на уступ над зияющей пропастью.
Вторым к их стае присоединился Тирсвад. Мальчишка был замкнут и недружелюбен. Зато прекрасно сражался, и в рот смотрел Дайму, ловя каждое его слово. У него оказалась тоже нелегкая история. Все они были изгоями с самого рождения, выродки собственных племен, нашедшие друг друга в чужом мире. Они держались рядом, но были каждый сам по себе, не доверяя друг другу, и не пытаясь сблизиться больше, чем того требовало выживание.
Узкий уступ обломился под левой задней лапой, и вниз посыпались мелкие камешки.