Тирсвад, опираясь на скованные передние лапы, направил силу по телу вниз, пробежал задними лапами вверх по стене, к которой прижимался задом, подставляя под зубы предводителя твердый затылок и толстую кожную складку на холке вместо уязвимого горла. А затем, оттолкнувшись задними лапами от стены, кувыркнулся через спину и, вывернувшись из захватов, снова встал на все четыре конечности за спинами своих противников.
Не ожидавшие такого маневра нападающие на долю мгновения потеряли его из вида и встали, растеряно озираясь. Но Тирсвад знал, что даже такая короткая заминка может решить исход боя, и, едва коснувшись лапами земли, оттолкнулся и прыгнул на спину предводителю, всаживая глубоко в поясницу мощные задние когти и хватаясь лапами за раскидистые рога. Предводитель шайки завыл и заметался по равнине. Но положение у него было проигрышное — он не мог дотянуться до своего противника ни лапами, ни рогами, в которые Тирсвад вцепился зубами и передними когтями. А рухнуть спиной на землю не догадался, хотя сам Тирсвад именно так бы и поступил.
Надо было попробовать свернуть ему шею, но противник был физически гораздо сильнее Тирсвада, и мощные мышцы на шее не давали повернуть ее больше, чем допустимо. Тогда Тирсвад круто повернул его голову, не давая ему увидеть куда он бежит и поворачивая его в сторону видневшейся невдалеке реке. Когтями задних лап он пришпоривал своего противника, как норовистую лошадь, не давая ему остановиться. Другие четверо не прекращали попыток атаковать Тирсвада, взгромоздившегося на спину предводителю, но достать его не могли. Перепрыгнув через одного из своих воинов, попытавшегося преградить ему путь, предводитель отряда с воем влетел в огненную реку, оказавшуюся неожиданно глубокой.
За миг до того, как его лапы коснулись воды, Тирсвад оттолкнулся от его спины и хищной птицей взвился в воздух. Предводитель с головой нырнул в реку и, ослепительно вспыхнув, бесследно исчез на ее дне. Тирсвад приземлился на берегу и стремительно развернулся. На него смотрели четыре оскаленные морды и тоже теснили его к воде.
— Ах ты ублюдок! — прорычал один из оставшихся черных варрэнов. Они были взбешены тем, как нелепо погиб предводитель, и какими они оказались бесполезными. Шерсть у всех четверых стояла дыбом, а с оскаленных клыков капала на землю слюна.
Тирсвад припал к земле, готовя очередной неожиданный маневр, как сзади раздался громогласный рык. Со стороны входа в долину к ним бежал Килейн — варрэн, который первый встретил их на воротах и поклонился Дайму.
— Что здесь происходит? — взревел он, и четверо нападавших варрэнов испуганно присели, поджав уши и хвосты.
— Килейн, этот белый ублюдок… Он разгуливал здесь, словно у себя дома.