Она плакала о своем отце, несправедливо изгнанном и погибшим на чужбине, о своей матери, пожертвовавшей своим домом и своей независимостью ради того, чтобы у нее была семья, об отчиме, который не знал о том, какое чудовище он впустил в свой дом, об Агнесс, ставшей жертвой расправы отчаявшихся и ожесточенных изгнанников, которым не нашлось места ни этом мире, ни в том, о Ливее, оставшимся на старость лет одним одинешеньким, о мире людей, о солнце и звездах, о своей неприкаянной жизни, в которой было так мало хорошего и так много боли, страха, тревог и потерь, о будущем, которое ждет ее маленькую дочку после рождения.
— Сынок, ты что там стоишь? Иди тоже сюда. Иди-иди, смелее, — позвала Кори еще кого-то. Динка, немного успокоившись, подняла заплаканные глаза и увидела, что вся белая семья расположилась вокруг, тесно прижимаясь друг у другу и к ней телами. Тут были и Тирсвад, и Лири, и Руграст с Зинейлом, и еще пятеро щенков разных возрастов, затесавшиеся между телами родителей. Кори была, как маленькое солнышко, всех вокруг себя обогревая и утешая. И ее тепла хватало на каждого, и даже еще оставалось. Она смотрела поверх голов своих близких на блекло-светящийся вход в пещеру, где неловко топтался Дайм, не решаясь уйти, но и боясь помешать.
Динка попыталась вскочить, чтобы броситься к нему, но Кори удержала ее, надавив лапой на затылок, а затем снова обратилась к Дайму:
— Ну же, подойди к нам. Я же вижу, что ты волнуешься. Это и твоя Варрэн-Лин?
Дайм кивнул и медленно приблизился. Тирсвад тут же подвинулся, давая ему место между собой и Динкой у лап матери. И Дайм, пригнув рога к спине, чтобы никого не задеть, аккуратно опустился на пол. Лапа Кори тут же оказалась на его макушке.
— Какие у меня красивые и сильные сыновья! — прошептала она, лизнув по очереди Дайма и Тирсвада в лоб. — И прекрасные ласковые дочери! — досталось и Динке с Лири. — И милые сладкие малыши! — нежный язык матери прошелся по спинкам пятерых щенков, вызвав радостное повизгивание. — Я самая счастливая мать на свете!
— У нас мало времени, — сдавленно пробормотал Дайм. Динка посмотрела на него и увидела, что в сияющих золотом глазах тоже блеснули слезы. Даже такому большому и сильному мужчине, Вожаку стаи и целого племени, иногда нужна мама. Чтобы положила лапу на затылок и сказала, что все будет хорошо.
— Я знаю, малыш, знаю, — грустно проговорила Кори, поглаживая его между рогов. — Просто отдохните с дороги немного. Я вижу, что вы прошли долгий путь, и путь этот был полит слезами и усеян потерями. Впереди у нас еще более тяжелая дорога. Но пока мы здесь, вы можете отдохнуть. А я буду рядом.
И Динка почувствовала, что она права, и усталость укрыла ее тяжелым ватным одеялом.