Автор
Варшавские тайны: Начинается новая эра расследований. Полицейский директор вызывает статского советника для секретных переговоров, в то время как Павел Афанасьевич излечивается от стресса. Загадочная телеграмма открывает дверь к невероятным подоплекам убийств и скрытых политических игр в столице Варшавы, привнося жизнь в мир детективов на новый уровень адреналина и интриг....
Пишет то же самое. Но идемте, вас ждут.
Сыщики пошли наверх, где помещались обер-полицмейстер и канцелярия. Перед дверью начальственного кабинета Гриневецкий еще раз глянул на лыковский иконостас и съязвил:
— Хорошо, у генерала своих две ленты, а то бы вам не поздоровилось… Жду по выходе у себя внизу. Ну, с аллахом!
Секретарь обер-полицмейстера, важный рыжеусый поляк, нехотя отворил перед Лыковым дверь так, что образовалась лишь узкая щель. Да еще процедил сквозь зубы:
— Постарайтесь быть кратким.
— А это как разговор пойдет, — пожал крутыми плечами коллежский асессор.
Пан и ухом не повел. Тогда Алексей оттер его плечом, толкнул дверь ногой и вошел к генералу.
Сергей Иванович Толстой оказался моложавым и сухощавым, с залысиной и короткой ухоженной бородой. На обыкновенном мундире было две звезды — Анны и Станислава — и шейный Владимир третьей степени. Обер-полицмейстер сначала слушал доклад сидя, но, когда разглядел ордена, поднялся.
— Георгий, полагаю, за турецкую войну?
— Да, ваше превосходительство.
— А мечи к Анне каким образом получили?
Лыков объяснил.
— Военное министерство отметило полицейского чиновника? Никогда о таком не слышал.
— В приказе было сказано: «В виде совершенного исключения из правил». Случай действительно редкий, соглашусь.
Сыщик держался вежливо, но с тем неброским чувством собственного достоинства, которое многие начальники на Руси не любят.
— Эти мне исключения! — раздраженно сказал генерал.
— Я, ваше превосходительство, ничего себе не требовал, — твердо ответил Лыков. — А лишь исполнял свой долг.
На этих словах обер-полицмейстер сел, но подчиненному стула не предложил.
— Скажите, господин камер-юнкер, для чего вы приехали в Варшаву?
— Я полагал, ваше превосходительство, что министерство сообщило вам о цели моей командировки.
— И все же, для чего?
— Хм… В Петербурге обеспокоены происшествиями с чинами полиции.
— Чепуха! Яшин сбежал, спасаясь от кредиторов. Нет трупа — нет и преступления. А следствие ведет следователь, значит, в тупик зашло министерство юстиции, а не мы.
— Да, но розыск в помощь следствию возложен на сыскную полицию. Видимо, к ней есть нарекания. Поэтому прислали сыщика.
