Автор
Варшавские тайны: Начинается новая эра расследований. Полицейский директор вызывает статского советника для секретных переговоров, в то время как Павел Афанасьевич излечивается от стресса. Загадочная телеграмма открывает дверь к невероятным подоплекам убийств и скрытых политических игр в столице Варшавы, привнося жизнь в мир детективов на новый уровень адреналина и интриг....
Представил его и попросил рассказать о деле Емельянова с самого начала.
Черенков извлек тонкую папку казенного зеленого цвета и достал из нее несколько бумаг.
— Вот, собственно, и все дело. Что сыскные в первый день нагребли, тем и богаты. Два месяца прошло — ни улик, ни подозреваемых.
И следователь рассказал, что знал."
"Тело ротмистра Емельянова обнаружили утром 13 марта, в католическое Благовещение. Это случилось на Окоповой улице напротив Жидовского кладбища. Труп лежал под забором, накрытый рогожей.
— Вонифатий Семенович, — прервал рассказ Лыков, — а какого течения убитый придерживался в польском во просе?
— Что именно вы имеете в виду?
— Я в Варшаве всего второй день. Но уже понял, что весь служивый люд здесь делится на три направления. Первые считают, что мы перед поляками кругом виноваты и нужно сильно смягчать политику. Таков, например, обер-полицмейстер Толстой. Вторые до сих пор живут памятью шестьдесят третьего года. Преимущественно это военные.
При этих словах Черенков впервые внимательно взглянул на лыковского помощника и сказал:
— Похвально. Русской политике в Польше не хватает именно взвешенности. Что же касается вашего вопроса, то ротмистр Емельянов был сторонником силовых мер. И не только в борьбе с уголовными.
— И как же он уживался с начальством?
— Плохо, — ответил за следователя Егор. — Обер-полицмейстер не переносил пристава. Дважды в приказе делал выговоры, обходил наградами, но выжить из полиции так и не сумел.
— Не знаешь, почему?
— А это не секрет. Ротмистр раньше служил в лейб-гвардии Уланском полку. Для Гурко это высшая аттестация.
— Понятно. Кавалерия своих в обиду не дает.
