Автор
Прожектора метался от меня к Аришке и обратно, создавая мерцающие световые тени на дикой атмосфере ночного клуба. Марьяна, наша заводила, описывала полукруг бедрами, словно вращающийся шар сияющих звезд. Красивый черный крохотный юбочку подскакивал и колыхалось на ней как пальмовая ветвь под порывами ветра....
А расплачиваться за это, как ни ужасно, приходилось дочерям жрецов. Бедняжки жили в отдельном крыле пирамиды и пользовались многими преимуществами по праву рождения. Единственное, что им запрещалось, так это иметь детей.
— А-а-а, — поразилась я, — так вот почему дочери жрецов не показываются на танцах. Несправедливо. Они богаты, наверняка образованны и красивы, но при этом не могут вести полноценную жизнь. Женщина без мужчины, все равно, что роза без садовника: вроде и цветет, и пахнет, а оценить некому.
Ка замялась и покраснела.
— Дочери жрецов. Не так уж несчастны, — запинаясь, пробормотала она.
— Они вовсю пользуются услугами скопцов, специально обученных, — вмешалась в разговор вторая помощница Амулы — Хола, так, кажется, ее звали. Похоже, эта тема была ей интересна. — Они даже могут выходить замуж за высокопоставленных посланников и помощников своих отцов.
— Пф!.. — я фыркнула и рассмеялась. — А зачем им эти шмели без жала. Что с ними делать-то, обняться и вместе поплакать?
Хола и Ка переглянулись и отправили одного их провожатых за каким-то «золотым ящиком».
— Мы покажем тебе, насколько ты ошибаешься, — пообещала Хола.
Приказав себе ничему не удивляться, я лишь пожала плечами. И задала новый вопрос — нужно использовать представившуюся возможность по полной."
"— Разве скопцы — это не наказанные мужчины? С какой бы стати им жениться на дочерях жрецов и занимать высокие должности?
— Мужской силы лишаются не только осужденные, — просветила меня Хола. — Иногда жрецы покупают у женщин их детей — особенно одаренных.
— Младшие сыновья жрецов. Тоже иногда. Становятся скопцами, — добавила Ка. — Жрецам не разрешается иметь больше трех наследников.
— Какой ужас, — только и смогла произнести я. И повернулась к Ка: — Неужели твоих младших сыновей ждет такая же участь?
— Вовсе нет, — ответила за нее Хола. — Мой сын Мар стал воином и получил хорошую и сытную работу в войске своего отца.
Чем больше я слушала, тем яснее осознавала, что никогда не пойму этот мир.
За разговорами я не заметила, как очутилась в довольно большом помещении, похожем на парилку. От радости я аж зачесалась, как шелудивая кошка. Это надо же, после стольких месяцев скитаний мне наконец-то удалось достичь оазиса счастья в этой дикой и грязной пустыне.
