Автор
Прожектора метался от меня к Аришке и обратно, создавая мерцающие световые тени на дикой атмосфере ночного клуба. Марьяна, наша заводила, описывала полукруг бедрами, словно вращающийся шар сияющих звезд. Красивый черный крохотный юбочку подскакивал и колыхалось на ней как пальмовая ветвь под порывами ветра....
Приподнялась на цыпочки, взмахнула руками, изображая гигантскую бабочку. Оттолкнулась от сцены и воспарила."
"М-да, в мечтах последствия представлялись мне несколько иначе. Вместо того чтобы изящно приземлиться на колени красавчику, я на него рухнула. Стул, на котором он сидел, не выдержал нашего веса и опрокинулся. Падая, я ухватилась за край столика и потянула его за собой. Вместе с недопитой бутылкой шампанского, свечами, салатом и блондинкой, не успевшей вовремя отскочить.
Музыка затихла, и все зрители внимательно уставились на новое представление.
Жутко смущаясь, я сползла с бедного парня, бормоча слова извинения. Вместе с музыкой пропало мое приподнятое настроение и азарт. Самооценка упала в кроссовки и завернулась в носки.
Над моим ухом завыла сирена. Я вздрогнула и обернулась на звук: голосила блондинка. Она приложилась костьми об кафельный пол и теперь усердно строила из себя жертву.
— Рот прикрой, легкие простудишь, — пробубнила я, поднимаясь.
Красавчик тут же бросился утешать спутницу.
— Зачем ты вообще меня сюда притащил! — продолжила верещать гидропиритная блондинка. — Лучше бы в театр пошли или в оперу. А если тебе так хочется посмотреть на танцующих слонов, сходи в цирк.
Последние слова ужалили меня, как десяток скорпионов. Но еще больнее стало от того, что красавчик и не подумал возражать. Он густо покраснел и принялся оправлять на подруге платье. Чертов рохля!
— Варвара, — окликнула меня Ариша, — руку давай.
Красная, как перец чили, и такая же злая, я поднялась обратно на сцену. Заметила, как из-за кулис выглянул Костик, наш продюсер. Поджал тонкие губы и погрозил мне кулаком.
Мое и без того израненное достоинство сделало себе харакири. Костик не отличался мирным нравом и за малейшую провинность наказывал строго — рублем.
— Ну, ты, Варька, даешь! — хохотнула Марьяна, подталкивая меня в спину по направлению к гримерке. — По кой пес ты завалила этого мужика, да еще и на виду у его бабенки?
Лапа у нее, как ковш у бульдозера, да и общий вес — нас с Аришкой двое.
— Он мне подмигнул, — нехотя ответила я.
— И что? — еще больше развеселилась Марьяна. — Дождалась бы конца выступления и передала ему записку с номером телефона. А ты… Эх, одно слово — кулема!
— Ты же знаешь, я только на сцене смелая, — мне было не до смеха.
