Автор
Прожектора метался от меня к Аришке и обратно, создавая мерцающие световые тени на дикой атмосфере ночного клуба. Марьяна, наша заводила, описывала полукруг бедрами, словно вращающийся шар сияющих звезд. Красивый черный крохотный юбочку подскакивал и колыхалось на ней как пальмовая ветвь под порывами ветра....
Жрецы молятся. И Калки не покидает рощи.
— А за это вы отдаете жрецам две трети урожая? — догадалась я.
Пораздумав, Ка кивнула. Сложила возле ног добытую порцию мха и потянулась за следующей.
— Жрецы берут еду и красивых женщин. Они сильные. Их воля — закон.
— Кто бы сомневался, — пробухтела я. — И где же живут жрецы?
— Там, — Ка махнула рукой куда-то вглубь леса. — В сердце Капулы.
— Эм-м-м… — я крепко задумалась. — Капула — это что? Название вашей страны? Деревни?
Ка развела руками.
— Дом.
— Угу, — согласилась я, отдирая от ствола дерева непослушный кусок коры.
Ка испуганно вздрогнула и обернулась. Но грозный страж мира не пришел наказывать ее за богохульство."
"— Жрецы молятся. Не дают покидать солнечной рощи.
Становилось все интереснее и интереснее. Все чудесатее и чудесатее.
— Какой-какой рощи? — переспросила я. — Солнечной? Что это значит?
На этот вопрос Ка не смогла ответить. Она поморщилась и посмотрела на меня, чуть не плача. Потерла виски.
— Голова разболелась? — посочувствовала я. — Да, думать — это тебе не орехи собирать.
Я с опаской посмотрела на высоченный ствол, примерилась к ветвям. В детстве меня прозвали обезьянкой за умение взбираться на любые деревья. Но это было та-а-ак давно.
И все же желание осмотреться победило. Я подпрыгнула и ухватилась за ближайшую ветку. Повисла на ней, как рейтузы на бельевой веревке.
— Табу! — испуганно вскрикнула Ка. — Остановись.
— Не боись, никто не узнает, — пообещала я. Все эти нелепые запреты сидели у меня в печенках.
Я передала Ка заветную сумочку и пригрозила:
— И не вздумай открывать!
Варварка помотала головой и вцепилась в клатч так, будто от него зависела ее жизнь. Впрочем, небезосновательно: за заветный ключ к дому я могла дорого с нее взыскать.
С третьей попытки мне удалось-таки упереться ступнями в ствол и подтянуться. М-да, былая легкость игрунка покрылась плесенью небытия, уступив место горилльей мощи. Ветки опасно хрустели под моим весом и прогибались.
Я посмотрела вниз и едва не свалилась. Перед глазами все поплыло, тело стало каменным и отказалось подчиняться командам мозга. Ценой еще одного сломанного ногтя и ссадины на ноге мне все же удалось удержаться.
— А ну, соберись, тряпка! — приказала я себе. — И сделай то, что собиралась. От этого зависит наше будущее.
