Автор
Танцовщица Варвара случайно попадает в дикий древний мир с помощью загадочного артефакта. Здесь её необычная внешность и характер привлекают внимание местных воинов. Девушке предстоит выжить в враждебной среде и найти своё место среди людей, которые совсем не похожи на её мечты.
— Сейчас притащу тебя домой, разделаю и засолю. А самые сладкие кусочки съем на ужин. Начну, пожалуй, вот с этого, — он просунул ладонь под шкуру и коснулся моей груди.
Не больно, скорее нежно. Его большой палец словно случайно коснулся соска, круговым движением обвел ореолу.
Вопреки моей воле, по телу прокатила обжигающая волна удовольствия. Я инстинктивно прижалась к спине Фила и прогнулась, требуя немедленно продолжить ласку. «О, да!» — завопила моя внутренняя дикарка.
И тут до моего сознания дошли сказанные ранее слова варвара. Я испуганно вздрогнула и треснула по его нахальной ручище.
— Не смей так шутить!
— Кто сказал, что это шутка? — продолжил издеваться Фил.
Теплая ладонь соскользнула с моей груди, и я шумно выдохнула, не сумев скрыть разочарование. Теперь напрягся уже Фил. Как ни крути, но все мужчины одинаковы: что дикари, что цивилизованные. Возбужденные стоны женщин заводят их не меньше, чем вид обнаженного тела. Недаром в моем мире процветает секс по телефону. И тот факт, что на другом конце провода может находиться развратная бабулька семидесяти лет от роду, фантазеров не смущает."
"— Спи, — Фил плотнее запахнул на мне шкуру и ударом пяток заставил таракана «перейти в галоп».
Меня трясло так, что, кажется, все внутренности перемешались в один сплошной рататуй. Появилось ощущение, что меня затолкали в маршрутку в час пик, усадили попой на металлический пол и на скорости двести километров в час погнали по колдобинам. Разговаривать я уже не могла, спать, к слову, тоже. Мысли, и те не могли угнаться за белоснежным прусаком Фила.
— Давай поме-е-едленней, — взмолилась я, отчаянно шкрябая ногтями по хитиновому панцирю таракана.
— Нельзя, — рявкнул Фил. — Ночью опасно.
И, вместо того, чтобы выполнить желание дамы, все гнал таракана вперед. И тот пер, ломая на ходу ветки и прокладывая себе путь по непроходимой чаще.
К концу поездки я по-настоящему озверела и была готова покусать и Фила, и его «белого коня». Да что там, если бы в тот момент передо мной выскочила Калки, я бы с радостью запрыгнула бы к ней в ковш. Все, что угодно, только не трястись на спине жука-лихача. Только не это.
Таракан замер внезапно. Я по инерции качнулась назад и едва не слетела. Фил помог мне удержаться и заметил:
— Осторожнее. Белый друг не привык к двоим ездокам, может взбрыкнуть.
— Можно подумать, до этого он был тихим и покладистым, — пробухтела я, сползая на землю.
