Роскошная беловолосая женщина двигается по великолепной ледяной зале, отражения ее новых белоснежных нарядов в сверкающих зеркалах необычайно внушают. Воздух наполнен ожиданием и добротой, словно готовясь к важному поиску милосердия.
Как не случалось и виртуальной встречи с моим собратом по несчастью. Подозреваю, ему тоже несладко на Земле в теле одинокой тридцатилетней женщины с напряженным графиком работы, живущей в одной квартире с мамой. Нет, маму я очень люблю, но характер у нее порой совершенно невыносим. Так вот, я в глубине души надеялась, что однажды ночью во сне мы с этим мужиком встретимся во сне и сможем как-то пообщаться. Он же тоже должен выполнить некую задачу, но уже в моем родном мире.
Но, увы, встреч не было ни наяву, ни во сне.
Зато однажды, напугав меня до нервной дрожи, хрустальный шар вдруг замерцал и стал издавать низкое гудение. Что с ним делать я не имела ни малейшего представления и, наверное, с целую минуту тупо на него таращилась. Потом робко положила на него ладонь и едва не завопила, когда над шаром возникло изображение симпатичного брюнета средних лет.
– Владыка, – с улыбкой обратился он ко мне.
– Ну? – неуверенно отозвалась я, не зная чего ожидать.
– Мы поймали этих светлых. Возвращаемся.
– Ладно… – лаконично ответила я, судорожно пытаясь понять, кто этот хмырь.
– Ты странно выглядишь, – вдруг оправдались мои страхи.
– Мм-м…
Что случилось, что случилось… Много чего! Только я тебе об этом не расскажу, иначе мне конец.
– Сандрлер, – в голосе моего виртуального собеседника появилась тревога, – что произошло, пока меня не было?
О! Так меня теперь зовут Сандрлер! Санёк, значит. Какой удивительный прогресс! Спустя десять дней после переноса узнать свое нынешнее имя. А фамилия? Ну же, давай, мужик, скажи мне это! Но, твою ж маму, Саня, чем думала твоя родительница, давая отпрыску столь непроизносимое имя? Язык сломаешь ведь!
– Сандрлер? – напряженно переспросил этот… Господи, хоть бы представился, что ли?
– Да так… – уклончиво отозвалась я и поморщилась.
– Хорошо, – осторожно кивнул он."
"В общем, угроза разоблачения приближалась. А на следующий день с утра в мой кабинет заявился этот самый рогатый тип.
