Варварский берег — читать онлайн бесплатно полностью

Пончик ринулся за ними, но Чара вцепилась в него двумя руками:

– Побежали на озеро!

Навалилась из полутьмы кузня и отвалилась. Накинуло запахом тины из пруда. А вот и озеро, посеребренное луною.

Чара скинула венок и стащила через голову рубаху.

Лунный свет облил ее тело, скатился, очерчивая округлости, обрамляя тени в ложбинках.

Пончик распустил гашник, развязал тесемки, поскидал всё с себя и, снова взяв Чару за руку, завел девушку в озеро.

– Ой, какая теплая! – запищала Чара и поплыла.

Пончик нырнул следом. На глубине вода была холодной, но поверху ее будто подогрели.

Наплескавшись, Пончик и Чара вышли на берег.

Поодаль, за деревьями, клубились светящиеся дымы, ветер доносил до них безутишные песни и выкрики.

Девушка прижалась к Пончику спиной, и он, чуя холодок услады, положил ладони на упругие, не по возрасту большие груди, ощутил, как деревенеют соски, и бросился целовать шею лебединую, плечи царственные…

Обцеловав всю спину жарко вздыхавшей Чары, Пончик добрался до тугих ягодиц – не больно-то и ущипнешь! Но целовать их – одно удовольствие.

– Ладушко мое… – умирающе сказал девичий голос. – Чарочка…

Их ложем была поляна. В изголовье шумел бор, оттуда тянуло смолой и хвоей. В ногах плескалось озеро.

Муаровая тучка была шторкой, задернувшей нескромный лунный фонарь.

И лишь большая серая сова, отдыхавшая в старой кузне после охоты, следила, как свивались два нагих тела, становясь одним целым, как скрещивались ноги и соприкасались губы.

Птицу пугал горячий шепот любви, и сладкие стоны, и бурное дыхание.

Но потом двое изнемогли, «из жара страсти вернулись вновь во хлад и явь», счастливые и умиротворенные. Сова сердито нахохлилась и задремала…

…Возвращаться в страшный, опасный, вонючий реал было гадко и мерзко. Шурик вздохнул.

Всего год он прожил с Чарой, а потом сработал какой-то там гомеостазис мироздания, и их с Олегом перекинуло в будущее. Всего-то на шестьдесят с лишним лет, но о первой своей любви пришлось забыть навсегда – Чара, если и дожила до тех лет, была уже древней старухой.

Глаза запекло, и Шурка скривился.

– Может, отбой? – пробормотал он. – Ради разнообразия. Угу…

Евгений Комов улыбнулся, не раскрывая глаз. Отбой…

Удивительно, но он ощущал покой и даже некую затаенную радость. Да, он раб на галере, ну и что?

Главное, что вокруг снова прошлое, где они с Пахой нашли себя. После дембеля их пристроила Валентина Федоровна, ушлая тетка, любившая, чтобы ее звали бизнес-леди.

Но кликуха в народе иная ходила – Валендра.