– Нейра Эллен, когда мы уладим дела в Левилле, вы ведь замолвите о нас словечко?
– Конечно, – я с готовностью кивнула.
А как буду выкручиваться, подумаю после. В конце концов, нечасто рождаются такие одаренные и смелые люди, я просто обязана им помочь.
Глава 15
Меня, Сальвадора и Ули сопровождал небольшой отряд стражников. Норвин, который снова отбыл по своим срочным делам, настоял, что нам на всякий случай нужна защита. Куда же без нее, вдруг деревенские вздумают наколоть нас на вилы? Мы отправились порталом в деревушку под названием Крайняя. Из нее первой стали поступать доклады о странных происшествиях, о падеже скота, пропаже людей и странных симптомах.
Деревушка располагалась западнее Левилля и представляла собой поселение домов на сто. Стояло лето, и большая часть жителей была занята работами в поле, поэтому встретили нас в основном старики, дети и несколько женщин. На нас смотрели с настороженностью, когда мы рассказывали о цели своего визита. Здесь побаивались чужаков, магов и вооруженных людей. Долго пришлось объяснять, что мы не собираемся причинять им зла, что всего лишь хотим посмотреть на больных и набрать воды из колодцев.
– Чтой-то о нас вспомнили, никак совесть проснулась? – ехидно поинтересовался один старикан. – Живем тут на отшибе, никому до нас дела нет.
– Ага, – поддакнула женщина с младенцем на руках. – Помрем, никто и не заметит.
– Мы посланы сюда, чтобы прекратить ваши страдания, – пафосно заявил нейт Эйле, на что старик лишь усмехнулся.
Постепенно вокруг нас собирались любопытные. Как же, нечасто в Крайнюю гости приезжают. Особенно такие странные.
– Можно нам… – начала я, как вдруг мой голос заглушил крик голопузого мальчишки с грязными щеками:
– Эй, смотрите, Бородатая идет! – запищал он, тыча куда-то пальцем.
И тут же нестройный хор голосов подхватил: «Бородатая! Бородатая ведьма!»
Я повертела головой в поисках объекта насмешек. К нам быстрым шагом приближалась самая обычная с виду полноватая женщина с суровым лицом, если не считать одной маленькой детали – у нее, и правда, была самая настоящая борода, а над губой чернели усики. Ее можно было принять за переодетого мужчину, если бы не полная грудь, колышущаяся под платьем.
– Можно у тебя волос надергать, я себе подушку набью? – хохоча, поинтересовался все тот же вредный мальчуган.
– Я тебе сейчас рожу набью, мелочь сопливая! Чего вылупились, остолопы?! – рявкнула она низким голосом. Потом свистнула и топнула ногой, спугнув стайку детишек, но те, отбежав на небольшое расстояние, вновь стали дразниться. Один даже камень поднял с явным намерением швырнуть его в бедняжку.
– Э, детей не трогай, карга! – старик погрозил ей кулаком.