Когда княгиня капризничает, то от нее всякое возможно. Включил эйхос, убеждаясь, что не ошибся — сообщение пришло от Ольги Борисовны. Послышался ее голос, слегка искаженный прибором:
«Как тебе Елецкий, хорошо с Элизабет? Поделись впечатлениями, чтобы я хоть знала, сколько радости тебе доставила моя доброта. Вообще-то я думала, что ты имеешь совесть и сделаешь хотя бы такую малость, как первый выйдешь на связь, проявишь внимание ко мне. Хотя зря я так думала, ты, наверное, обо мне даже ни разу не вспомнил».
И дальше тишина целую минуту. Наверное, Ольга хотела сказать что-то еще, не нажимала отбой, а потом передумала. Ясно одно: княгиня по-прежнему капризничает. Когда она в таком состоянии, то у нее две стадии: либо становится неприступной, высокомерной особой, этакой Снежной Королевой, либо превращается в обиженную девочку, что сейчас и проявилось.
Женщины… Которую тысячу раз убеждаюсь: они все одинаковые, хоть небесные, хоть земные. И в то же время они все очень разные. Насколько с ними приятно, настолько и сложно. Вот в чем я сейчас виноват перед Ольгой? Она сама предложила мне взять Элизабет в любовницы. И мотив Ольги был в общем-то понятен и весьма благороден: после тех страданий, которые перенесла миссис Барнс ради меня, после ее искренних проявлений любви, я просто не имел права оттолкнуть ее. Сама же Ковалевская начала играть в какие-то странные недоговорки, строить тайны, то с моей актрисой, то намекая на какие-то особые причины своего предложения по Элизабет. А теперь… Теперь Ольга играет в другую игру — в обиду, и назначает меня во всем начатым ей виноватым. Ладно, виноват, так виноват. Я поднес эйхос ко рту и произнес:
«Оль, эрмик я все-таки купил. Не скажу какой — хочу тебя подразнить. Это же честно: ты дразнишь меня какими-то тайнами, я тоже хочу немного поиграть в интриги. Спрашиваешь, хорошо ли мне. Оль, у меня был сумасшедший день, переходящий в столь же сумасшедший вечер. Представь себе, сама Гера после воскрешения пожаловала! Озадаченная, и на удивление добрая ко мне. Предложила мир и еще кое-что — об этом расскажу позже. Потом появилась Артемида. Выразила обеспокоенность визитом Геры, покапризничала примерно, как ты, тоже выразила обиды… Может бросим эти обиды? Есть предложение: давай я заеду за тобой на новом эрмике и покатаемся по Москве или умчимся за город. Можно до утра. Подумай. Жду ответа. Целую».