Ваше Сиятельство 4т (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

Даже в прошлом, он вряд ли бы пошел на столь скверный шаг, а теперь… Теперь ему хотелось сохранить те зерна добра, которые попали в его душу после разговоров с Астерием. При чем это явление, заложившее в нем кое-какие важные перемены, Родерик так назвал сам: «зерна добра». Слабенькие этакие зерна, проросшие куцыми корешками, едва проклюнувшиеся проростками. Кстати, жить с ними непривычно и трудно, но надо, если уж решил стать нормальным человеком. А это «непривычно» и «трудно» со временем должно превратиться в «удобно», «полезно» и «иначе не могу».

Ночь почти миновала. И вот уже под утро в Палаты Спасения, что Каменном спуске привезли некого барона Ерофея Семеновича Семенова. Парню на вид исполнилось лет двадцать с небольшим, и вроде он неплох собой: высокий, худощавый, рыжий правда и несколько прыщавый. Тело его казалось относительно целым. Гораздо более целым, чем тела высокородных стариков, изъеденные всевозможными болезнями — на такие Родерик успел насмотреться за ночь.

Но просто так в Палаты Спасения не попадают. У рыжего барона, лежавшего без сознания на каталке, имелись проблемы: вывих руки, множество сильных ушибов и серьезная черепно-мозговая травма. Даже очень серьезная, ибо приложился он затылком очень крепко. Со слов санитаров, доставивших на вимане несчастного барона, тот бросился из окна третьего этажа. И благо внизу оказался не бетон, а кусты и клумба, правда с камнями. Этот полет рыжего барона был не чем иным, как обычной попыткой суицида на почве дикой ревности. При чем попыткой почти удачной. Или даже удачной. Подошедший к каталке маг-целитель — седоватый старичок с длинной бородой, поводил над Ерофеем Семеновым руками, диагностируя жизненные процессы и скорбно сообщил:

— Увы, увы… не жилец он. В палату не везите. Минут через десять душа отлетит и придется огорчить родственников.

— Точно, Марк Ефрамович? — усомнился кто-то из молодых. — Там девушка его у входа вся трясется в слезах.

— А я когда-нибудь ошибался? — старенький целитель недовольно хмыкнул и перешел к другой каталке, от которой доносились жалобные стоны. Поднял простынь, открывая морщинистое лицо старухи. — Зачем ее укрыли с головой? — он сердито повернулся к старшему санитару. — Ей еще жить и жить, а вы тут хороните! Стыдно вам должно быть, Алексей!

— Простите, простите, Марк Ефрамович, исключительно случайно вышло. Недоразумение! — заизвинялся тот.