Автор
Ваше Сиятельство 5 — это продолжение волшебного фэнтезийного мира, где каждое слово и каждый символ полны сокровенных тайн. Новые главы открывают двери в мир любви, приключений и загадочных событий, где светлое свечение обещает ключ к пониманию неизведанных сил. В этой книге вы найдете не только захватывающий сюжет, но и глубокую атмосферу магии и эмоций, которая затянет вас в свой незабываемый мир....
Чтобы ты был нормальный, и чтобы не происходило этого ужаса вокруг, — она обернулась на звук открывшейся двери — в столовую вошел Майкл.
Тут же улыбка вернулась на лицо Елены Викторовны. И дальше наши разговоры сместились в сторону богов. Я постарался отвечать уклончиво, отшучивался, быстро выпил поднесенный Ксенией кофе и поспешил собираться в школу.
Уроки сегодня тянулись как-то особо долго, может, потому что на первых четырех не было Ковалевской. Она мне оставила сообщение, что занимается с отцом вопросами нашей поездки.
А после занятий, когда мы вышли из класса и спускались по лестнице, княгиня, прощаясь, сказала:
— Саш, до завтра. Нескучно тебе провести время с Ленской, но не слишком там заигрывайся.
— Оль, ты обижаешься? — я задержал ее руку.
— Нет… Хотя не знаю, — она пожала плечами. — Да, я ревную, если ты об этом. Но если я обижаюсь, то не на тебя, а на то, как устроен наш мир. Я уже говорила об этом. Почему он сделан в большей степени для удобства мужчин? С другой стороны, на мир обижаться глупо.
— Оль… — я отвел ее в левое крыло вестибюля, где стояли огромные керамические горшки с пальмами, и обнял там, больше не говоря ни слова.
— Ладно, Саш. Я знаю, что она тебе нужна. Знаю, что ты… — она увернулась от моего поцелуя, но со второй попытки я поймал ее губы.
— «Что я»? — продолжил я ее слова, — ну говори, «что я»?
— Ты — самец, извини за вульгарно-биологическое сравнение.
— Ты самая-самая матерая самка, — я рассмеялся, жадно прижав ее к себе.
— Дурак! Все, хватит, мне надо поскорее попасть в Тверской. Сейчас дороги загружены, — она разжала мои руки.
"Странно, но мне с Ольгой становится комфортно. Раньше я даже вообразить не мог, что княгиня Ковалевская может быть такой понятливой и милой. Мне казалось, что я буду жить рядом с ней в постоянном напряжении от перепадов ее настроения, от ее капризов, а она рядом со мной вон как изменилась. Знаю, что Ковалевская изменилась не только для меня, но и для себя лично.
