А вот интересно, что будут эти тати делать, когда стрелы кончатся? Ну, хотя, чего им опасаться? их три десятка, а тут всего четыре ратника и пять пацанов, считая глухого княжёнка, возчиков вообще можно не принимать в расчёт. Они — тати пойдут в рукопашную. Сабли наголо и айда. Ну или копья? Хотя сабли, скорее всего.
Вжик. Стрела воткнулась в землю прямо перед носом Юрия Васильевича. Он отпрянул назад под телегу. Ничего там не видно. Можно дать команду воям пальнуть в сторону леса из пищалей? Четыре выстрела? Вероятность, что попадут в сумерках, не наблюдая противника, так себе. А вот пищали будут разряжены… Хотя… Пока те бегут пятьдесят метров успеют зарядить. Пусть бабахнут. Может это остудит головы у напавших на них. Под пулю лезть кто добровольно захочет?
— Егор, сползай к Коробову. Пусть стрельнут все четверо и сразу снова зарядят и больше пока не стреляют, — подозвал Юрий пацана из-под соседней телеги.
Юрий не слышал, но рожа у парня была возражающая. Потому прикрикнул:
Парень бухнулся лбом о колесо и споро полез под следующую телегу, спеша выполнить приказ. «Огородами пошёл».
Грянули пищали не залпом. Сначала две, потом через три — четыре секунды ещё одна, а потом ещё через пару секунд последняя.
— Дебил! — Боровой шлёпнул себя по лбу ладонью, дошло до него, что теперь, чтобы зарядить пищаль, ратникам придётся встать. Современные ружья лёжа не зарядить.
Юрий обернулся, начали ратники вставать. Точно сейчас под стрелы попадут. Тогда он, не раздумывая, с разницей примерно в десять секунд разрядил все три ствола своих пистолей в сторону леса. Даже, если и не долетит пуля, то вороги же не знают из чего он палит и спрячутся за деревья или на землю упадут. Хоть как, им не до того будет, чтобы лук натягивать и метиться куда-то. Бабах. Длинный одноствольный пистоль выпалил в сторону леса, и Боровой откатился за тележное колесо, снял с пояса пороховницу и стал заражать своё оружие. Слава богу, хоть дождя и прочей мороси нет. Он пробовал уже приспособить под пистоли бумажные патроны, но выигрыш получался незначительный во времени, а вот оставшаяся в стволе тлеющая бумага при зарядке очередным патроном может устроить бадабум со смертельным исходом. Суёшь ты туда шомпол, а он бах, и в глаз тебе, пусть с дозвуковой скоростью, прилетает. Хватит и дозвуковой, чтобы череп пробить.
Никто ему заряжать пистоли не помешал. Видимо, совещаются тати поддельные. Семь выстрелов слышали. Много. Даже для трёх десятков много. Каждый четвёртый помереть может.