Автор
Вдова его величества затачивается вокруг тайны правления, которое ушло в прошлое. Здесь свободы нет, и каждый шаг подчинен жесткому этике монаршего трона. Катарина остро чувствует приближение опасности на фоне затихающих солнечных дней, когда светлый цвет застимает черными тучами....
Сказал, что уезжать не хотела, да… за меня волновалась. Глупая. Знает же, что не родной, а все равно… – он покачал головой, удивляясь этакой странности. – Я позабочусь, чтобы она ни в чем не нуждалась. Я теперь хорошо слышу золото. И позвать сумею. Наверное. Кевин за ней присмотрит. Джио сказала, что он понял все… и действительно присмотрит. А твой человек найдет кого-то, кто присмотрит и за ним. И потом я сам… позже.
Гевин вздохнул.
– Мне предложили выкупить их жизнь. На того человека плевать. Но матушка бы пострадала.
– Ты не призвал.
– Люди там были лишними. Мне показалось, что не стоит давать ей новую пищу, вот и… солдаты пришли позже.
– И выкинули тебя из дома.
– Примерно так. Но службу я исполнил. Знаешь, мне кажется, что если бы не Джио, меня бы добили.
Змей замолчал. А Кайден согласился, что подобный исход был вполне себе вероятен.
– А еще я должен был сообщить, если ты объявишься.
– И ты…"
"– Сообщил. Клятва как-никак. Но теперь я и вправду свободен. Я знаю одно место. Холм. Он огромен. И каменист. Но под камнями прячется трава. Она мягче и зеленей любого сотворенного людьми ковра. И по весне на траве распускаются цветы… неподалеку скрыт родник, его воды холодны.
– Она оценит.
– Надеюсь.
– Построй дом. На холме.
– Зачем?
– Мало ли… вдруг когда-нибудь захочется побыть человеком, – Кайден все-таки выпрямился и, поддавшись искушению, раскрыл руки, принимая ветер.
Королевский дворец был подобен драгоценному камню в беломраморной оправе. И яркая зелень дворцового парка лишь подчеркивала что белизну, что сияние крыш.
Драконица сделала круг. И второй.
Опустилась ниже. И еще ниже. Кайден видел, как засуетились люди. В чем-то он даже их понимал, ибо драконица была огромна, устрашающа и в то же время прекрасна, как может быть прекрасно первое творение богов.
Завидев что-то, она издала протяжный вибрирующий звук, и мир будто бы замер.
А сердце заколотилось.
– Сиди, – дотянувшись, змей вцепился в его руку. – Ей вряд ли понравится, если ты себе шею свернешь.
Катарину он узнал сразу. Она стояла. У пруда.
Хрупкая фигурка в нелепом наряде, слишком роскошном, слишком темном, слишком тяжелом для его девочки. Она стояла и смотрела.
Не пыталась бежать. Не пряталась.
