Автор
Зима пришла неуверенно, как вялая танцовщица, и ее каждое движение вызывало опасения: дороги превращались в апельсиновое море, застилавшее шоссе. Ожидание праздников казалось нереальным при столь хмурых погодных новостях. Вдова Мария, одна в республике, чувствовала себя особенно отчаянно....
Когда Карлис вернулся к телевизору, правительственное приветствие уже кончилось, на экран выскочил танцор с бамбуковой тросточкой и в цилиндре. За его спиной колыхался кордебалет девиц со стройными, длинными ногами.
— Спокойной ночи! — на прощание еще раз пожелала Паула.
— Спокойной ночи! — улыбнулся ей Карлис.
Он налил себе еще шампанского, поднял бокал, но передумал и поставил обратно.
В коридоре зазвонил телефон. Карлис медленно поехал туда.
— Карлис? — Судя по голосу, Рудольф был в отличном настроении.
— Паула уже пошла спать.
— Жалко, до утра забуду! Я думал, что здесь будет тоска и уныние, а все идет лучше не надо!
— Сколько тысяч народу там собралось, этакий шум устраиваете! — нехотя пошутил Карлис.
— Нас тут… Погоди… Первая шеренга, становись!.
— Кофе сварить?
— Не надо! У нас тут целая сумка шампанского! Только приличия ради еще минут на пять вернемся к столу. Приготовь мешок, для тебя будет, особый сюрприз!
Карлис достал из шкафа большую коробку с шоколадом «Лайма» и отвез в комнату Рудольфа. Потом долго выбирал в кладовке закуски и приготовил в стеклянном кувшине морс из малинового сока.
Он ждал часов до трех, потом выключил лампу, прилег одетый и продолжал ждать, хотя не верил уже, что гости приедут.
Разбудил его скрип двери у Рудольфа, шорох в коридоре у вешалки и чей-то шепот. Знакомый женский голос твердил: «Ну тише, да тише же!» Неужели Мудите?
— Карлис! Ты уже спишь?
Карлис не ответил.
— Храпит! — сообщил Рудольф стоящим за ним.
— Не стоит будить, — сказал кто-то.
— Ни в коем случае, — произнес уже знакомый женский голос. Сомнений не было, это Мудите.
