Автор
Зима пришла неуверенно, как вялая танцовщица, и ее каждое движение вызывало опасения: дороги превращались в апельсиновое море, застилавшее шоссе. Ожидание праздников казалось нереальным при столь хмурых погодных новостях. Вдова Мария, одна в республике, чувствовала себя особенно отчаянно....
— А вы искали жену?"
"— Только у ее родителей. — Это Жирак уже не мог сказать через плечо, пришлось встать спиной к окну. — А где же еще мог я ее искать? А если бы и нашел, что бы я ей сказал? Единственное, что ее ищут на работе. Но я думаю, что она вернется… Уход ее был необдуманным шагом, минутным импульсом, и теперь она наверняка об этом жалеет. Если бы не настаивал директор склада, я бы и не тревожил вас своим заявлением.
— Знакомым не звонили?
— Трезвонить на весь мир, что тебя бросила жена?! И вы бы не стали этого делать.
На обратном пути Арнис увидел, что Жирак стоит спиной к окну. Он ловко скользнул за угол, подтянулся к узкому оконцу и заглянул туда. Там стояли «Жигули» светло-коричневого цвета.
Входя в комнату, Арнис подал Конраду одним им понятный знак, что подозрение подтвердилось, сел к столу и принялся записывать телефоны и адреса.
Какое решение примет Конрад? Уедет с только что полученными сведениями, чтобы усыпить внимание Жирака, или, получив подкрепление и разрешение, произведет обыск?
— Гражданин Жирак, я хотел бы взглянуть на ружье, которое оставил в вашем доме Карлис Валдер, — неожиданно сказал Конрад.
Арнис был ошеломлен. Так прямо? Без всякой подготовки? Как новичок? И это делает сам полковник Ульф? Но тут же понял ход мыслей Конрада: он сам разговором о машине натолкнул его на это.
Конрад руководствовался железной логикой; он пришел к выводу, что Жирак находится в безвыходном положении и просто не мог избавиться от ружья.
Жирак раскрыл шкаф и достал из-под белья сверток в бумаге, перевязанный бечевкой. Когда он подавал его Ульфу, сверток выпал из его рук, грохнулся на пол, бумага порвалась и появились части ружья, покрытые мелкой серебряной чеканкой.
— Вы не поверите, но я сначала вовсе не хотел его убивать… Я хотел выстрелить мимо, чтобы Мудите поняла, насколько положение серьезно, и стала бы опасаться за жизнь фотографа… Ей бы пришлось прийти ко мне объясниться, и мы бы поладили… Димда о своем ружье, понятно, помалкивал бы… Я был готов на компромисс.
