Автор
Зима пришла неуверенно, как вялая танцовщица, и ее каждое движение вызывало опасения: дороги превращались в апельсиновое море, застилавшее шоссе. Ожидание праздников казалось нереальным при столь хмурых погодных новостях. Вдова Мария, одна в республике, чувствовала себя особенно отчаянно....
Заорал по-блажному, нагадил в подъезде — и еще один срок глядит на побеленный изнутри забор. И так и идет: туда — обратно, обратно — туда. То кепку сорвал, то кладовку взломал или у соседей деньги на доставку брикетов выманил. Полжизни отсидел, а больше пятерки зараз в руках не держал! Или квартирные взломщики… Когда сложишь все, денег вроде бы куча, а кто из них больше года на воле провел и сколько на самом-то деле от барыг получил? В лучшем случае столько, чтобы по кабакам с девками помотаться.
Кончив колоть, парень всадил топор в чурбан. И тут услышал за стенкой всхлип. Удивленно пожал плечами и пошел поглядеть.
За коровником, привалившись к стене, стояла женщина и плакала. Заходящее солнце окрашивало снег на склоне в красный цвет, а дальше, внизу, бурлила и струилась река, перекатываясь через валуны.
— Что с тобой?
— Не знаю, — покачала та головой и заплакала еще громче, почти в голос.
— Да не канючь, никто тебя облапошить не собирается!
— Отстань от меня! — вскрикнула она и еще раз повторила умоляюще: — Оставь меня в покое…
— Реветь ты и в сарае можешь, а не здесь, где вдруг какой-нибудь придурошный лыжник проедет. — И, посмотрев на солнце, уже садящееся за горизонт, добавил: — Уж если о н сказал, то все равно что в банке!
— Уйди, пожалуйста…
— Да кончай ты этот театр, стерва… А то… по морде отхватишь!
Он сердито обогнул сарайчик и исчез в проломанной двери, чтобы спустя минуту появиться с охапкой дров.
Человек у стола любопытства ради крутил в руках револьвер.
— Сколько ты патронов расстрелял? — спросил он.
— Когда пробовал?
— Угу.
— Да штук двадцать, — ответил парень, подкидывая в плиту. Он делал вид, что очень занят, и старался не дышать в сторону его. — Сначала я только ржавчину думал содрать, а уж там пошел… Ты знаешь, здорово бьет! Во дыра остается, палец можно засунуть!
— Красоточка там не замерзла?
— Да заявится, куда ей деться.
— У меня в рюкзаке котелок. Набей снегом и поставь на плиту. Чай заварим…
Кто-то, выходя на улицу, с силой хлопнул дверью, дом вздрогнул, и с потолка вновь посыпался песок. На этот раз уже не в одном месте, а несколько струек вдоль всей доски.
Гвидо перестал чертить и все приглядывался, пока струйки не иссякли.
