Придется ему понять, что со мной нужно считаться!
Каталина кивнула. Ее отец передал ей четкие указания всячески поддерживать воинственность Гарри, если речь зайдет о Франции. В своем письме, написанном в самых теплых выражениях, Фердинанд предлагал своей «дражайшей дочери» способствовать войне между Англией и Францией, причем начинать боевые действия следовало не на северных берегах, где обычно высаживались английские войска, а на границе между Францией и Испанией. По мнению испанского короля, англичанам следует вторгнуться в Аквитанию, жители которой с радостью избавятся от французов и поддержат своих освободителей, подняв восстание. Испания окажет англичанам всяческую поддержку. Кампания будет легкой и славной.
— Утром я намерен заказать себе новые доспехи, — заявил Гарри. — И не облегченные, для турнира, а тяжелые, боевые.
Она вовремя прикусила язык, чтобы не сказать: не стоит начинать войну, когда в стране столько дел. Не говоря уж о том, что как только английская армия отплывет во Францию, шотландцы наверняка этим воспользуются и пересекут северные пределы, невзирая на то что шотландская королева — англичанка. А состояние налоговой системы в стране! Эта система — почва для корысти и несправедливости и непременно должна быть реформирована. Необходимо открыть школы, основать институт королевских советников, построить новые крепости, создать флот для защиты берегов. Все это пункты плана, разработанного Артуром, чтобы Англия стала воистину великой страной, и выполнить этот план гораздо важнее, чем удовлетворить мальчишескую воинственность Гарри!
— Я решил, что, когда уйду на войну, страна останется на мою бабушку, — сказал Гарри. — Я сделаю ее регентшей. Она знает, что нужно делать.
Каталина помолчала, собираясь с мыслями.
— Это верно, — сказала она наконец. — Однако подумай, бедняжка уже немолода. Она столько сделала в своей жизни! Ты не боишься, что ноша окажется ей не по силам?
— Только не ей! Миледи бабушка всегда у руля! Ведет королевские счета, знает, где что лежит. Не думаю, что ей что-либо в тягость, если оно удерживает нас, Тюдоров, у власти.
— Тоже верно, — кивнула Каталина и тихонько ступила на тонкий лед мальчишеской независимости. — И посмотри только, как отлично она правила тобой! Не спускала с тебя глаз! Да что там, не думаю, что она выпустила тебя из узды и сейчас. Когда ты был мальчиком, помнишь, она не дозволяла тебе участвовать в турнирах, не разрешала играть в азартные игры, не подпускала к тебе друзей. Всю себя посвятила твоей безопасности и твоему благополучию. Словно ты не принц, а принцесса! — И рассмеялась.