Когда мы выходим из собора, толпа кричит от восторга. Я поворачиваю голову, чтобы взглянуть на своего супруга, — и сердце мое падает, как бывает, когда вдруг проснешься некстати: это не Артур. Это не мой любимый. На меня смотрят не красивые вдумчивые глаза Артура, а прищуренные в широкой улыбке глаза румяного, перевозбужденного Гарри.
И в этот момент я понимаю, что Артур окончательно, бесповоротно мертв. Я выполнила свою часть договора, я вышла замуж за короля Англии — пусть это всего лишь Гарри. Прошу тебя, Артур, выполни свою: следи за мной из райского сада и жди меня там. Когда-нибудь я сделаю свое дело и приду к тебе, чтобы не расставаться вовеки.
— Ты счастлива? — спрашивает меня мальчик, который идет рядом, ему приходится кричать, чтобы я услышала его в звоне колоколов и реве толпы. — Ты счастлива, Каталина? Ты рада, что я женился на тебе? Ты рада, что стала королевой Англии? Что я дал тебе корону?
— Очень счастлива, — киваю я. — И теперь зови меня Екатериной.
— Екатериной?! — удивляется он.
— Я королева Англии, Екатерина Английская, — произношу я так, как когда-то Артур.
— Вот здорово! — радостно одобряет он. — Я буду король Генрих, а ты королева Екатерина!
Да, он король, но не Артур, а Гарри, который хочет быть Генрихом, как пристало мужчине, точно так же как я буду отныне королева Екатерина. Та девочка, которая когда-то беззаветно любила принца Уэльского, осталась в прошлом.
Екатерина, королева Англии
Королевский двор, пьяный от ощущения радости, молодости и свободы, развлекался все лето. Два месяца Екатерина и Генрих ездили по стране, гостя в замках и прекрасных, с просторными парками, дворцах, охотясь, трапезничая на природе, танцуя за полночь и вовсю транжиря деньги. За нарядными кавалькадами по пыльным дорогам Англии следовали целые караваны телег с королевским добром — они везли драгоценные гобелены, чтобы украсить дом, где королевской чете доведется заночевать, а также лучшее белье и отборные меха, чтобы устлать супружеское ложе. Делом Генрих не занимался совсем. Единственный раз взял в руки перо, чтобы написать тестю, королю Фердинанду, что очень счастлив, и все. Сундуки с документами, следовавшие за королем из дворца во дворец, открывала одна Екатерина. Все читала, делала пометки, сама подписывала и под своей подписью отсылала герольдов с приказами в Тайный совет.
Только в середине сентября вернулся двор в Ричмонд, и Генрих сразу провозгласил, что конца веселью не будет.
