Автор
В непредсказуемой реальности, где смерть становится обыденностью, героиня вынуждена держаться за батарею, изживаюя невыносимую жару и нестерпимый страх. Звуки вокруг напоминают зловещий мемориум, но она остается неподвижной, словно памятник своей участи.
— Мне даже вспоминать это неприятно. Особенно если учесть, чем все закончилось. Хотя… Понять, наверное, можно. Дело в том, что Андрей довольно неуравновешенный человек. У них с Антоном Николаевичем, кстати, часто возникали конфликты на этой почве. У нас поговаривали даже… — Эльвира невольно понизила голос, хотя мы с ней находились в квартире вдвоем. — Что у него проблемы с психикой, и он якобы состоял на учете в психоневрологическом диспансере. Это, кстати, потом подтвердилось, когда его забрали из моей квартиры.
— Вот как? — притворно удивилась я, зная об этом со слов лейтенанта. — Почему же тогда Антон Николаевич держал такого человека у себя в заместителях? И почему вообще Третьяков попал в вашу фирму? — Я озвучила те вопросы, которые Владимир Юрьевич риторически задавал во время беседы.
— Дело в том, что они с Чесноковым давно знакомы, — пояснила Эльвира.
— Друзья юности, что ли? — уточнила я.
Эльвира замялась.
— Ну, как бы друзья, — неуверенно проговорила она. — Я не знаю точно, как и когда они познакомились, рассказываю только то, что видела своими глазами.
— А на какой почве возникали конфликты? — прямо спросила я."
"— Точно я вам сказать не могу, поскольку дела они обсуждали за закрытыми дверями. Но Третьяков частенько вылетал из кабинета Антона Николаевича злой и раздраженный. Бегал по приемной, бурчал что-то недовольное… Когда же Антон Николаевич куда-нибудь уезжал, Андрей часто начинал кричать, что из-за него мы топчемся на месте и прозябаем в нищете, хотя здесь он явно грешил против истины: мы вовсе не нищенствовали, наоборот, дела шли хорошо.
