Автор
В непредсказуемой реальности, где смерть становится обыденностью, героиня вынуждена держаться за батарею, изживаюя невыносимую жару и нестерпимый страх. Звуки вокруг напоминают зловещий мемориум, но она остается неподвижной, словно памятник своей участи.
— Счета, наверное, испугалась, — невесело пошутил Мельников.
— По-моему, сейчас нам совсем не до шуток, — устало заметила я, и майор тут же посерьезнел.
— Да, — вздохнул он. — Второй висяк на нас. Блин, как назло! Сидела себе эта Голицына в Саранске — и никому не мешала. Стоило только приехать в Тарасов — на тебе! Замочили! И чего ее в Саранске не замочили? Саранские менты бы и раскрывали, а так мы должны.
— Почему она сюда приехала? — с нажимом спросила я, бросая на майора укоризненный взгляд за его неприкрытый цинизм.
— Ну-у, Танюша, теперь узнать это будет весьма затруднительно, — протянул Мельников.
— Я думаю, что если бы мы знали ответ на этот вопрос, то гораздо легче вычислили бы, кто ее убил. Кстати, ты не думаешь, что ее убийство напрямую связано со смертью Порфирьева?
— Вывод такой действительно напрашивается, — согласился майор. — Но ведь киллера Иваниченко, который убил Порфирьева, самого нет в живых. Значит, ее убил кто-то другой.
— Логично, — усмехнулась я. — Но кто? Третьяков? Именно его ты считал заказчиком смерти Порфирьева. А Иваниченко — исполнителем. Получается, что Третьяков, оставшись без киллера, убил Эльвиру Голицыну сам? А кто тогда убил Иваниченко? Ты же считал, что сам заказчик, чтобы замести следы. Но зачем он его убивал, если ему нужна была смерть еще и Голицыной? Вот уж убил бы ее Иваниченко, тогда можно и его, что называется, в расход пускать.
— Ты, как всегда, рассуждаешь очень правильно, — польстил мне Мельников.
— Да что толку-то! — отмахнулась я. — Все равно ничего не ясно. Что-то не пойму я ничего. Как ни печально в этом признаться, в голове полная каша.
— И у меня тоже, — вздохнул Андрей.
— Давай попробуем разобраться по порядку, — задумчиво произнесла я.
— Давай, — печально согласился майор.
— Итак, вначале убили Алексея Порфирьева. Затем — киллера, который его убил. Потом — Эльвиру Голицыну, которая работала вместе с Порфирьевым. Хотя даже не так! — поправилась я.
— Но почему убили Порфирьева и Голицыну, если деньги у Чеснокова? — тут же спросил Мельников. — Ладно, если бы они их сперли…
— Тогда что еще связывает всех этих людей? — тут же спросила я.
