Войны во Вселенной протекают уже давно и бесконечно, но их истинное объяснение остается тайной даже для тех, кто осмелился взглянуть на эти загадки. Каждый мир живет своей историей, а память Читателей — ключ к пониманию этих эпических сценариев. Вместе с компьютером и желанием сжечь эту книгу, вы откроете новые грани сложной сюжетной линии, заставляя мысли плавать между реальностью и сном бесконечного конфликта....
Похоже, «Вечная Война. Книга III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А имперский линкор Тип «Возвышение» подойдет?
Мастер, на секунду, завис.
— Вполне! Как раз орудия у него паршивенькие, из новодела, а вот реактор и системы охлаждения орудий в порядке. Старой системы.
Алекс посмотрел на меня вопросительно.
— Нужно навестить еще одно «кладбище»! — улыбнулся я.
Алекс понимающе улыбнулся и, с наслаждением, глубоко затянулся.
— Так что, мастер, давайте пока поговорим об этом красавце! — я ткнул пальцем в пристыкованный «Неспящий».
* * *— А я чёта предполагал, что ты побольше будешь! — Алекс развалился на диване, скрестив ноги и помахивая верхней.
— Сам ты дрыщ! — обиделся Василий.
— Трыщ-трыщ, аднака! — подтвердил Тоби обходя Васю кругом и внимательно рассматривая. Даже он со своими полтора метрами был выше худосочного НИИ. Хотя, как раз так его уже можно не называть. Вася, наконец, получил свое тело!
Васёк нервничал. Шутка ли! Больше тысячи лет прошло, как он добровольно отказался от своего физического тела ради прогресса или чего-там-еще у вымершей цивилизации вжухов.
Мы собрались немножко прибухнуть. Батарею мы пригнали обратно на Дыню, пока ничего с ней не делая, а вот «Неспящий» оставили у Мастера Ахрипа. В сорок пять миллионов нам должен был обойтись ее ремонт. Я с трудом оторвал «кровные» от сердца, после комментария Мастера о том, что на верфях содружества меньше семидесяти лямов за такой ремонт не возьмут.
— Еще один мохнатик! — фыркнул Алекс. — На вас теперь Хеденшолдерса не напасешься! Чтобы шерсть была гладкая и шелковистая! Хе-хе!
Я невольно взглянул на сидящего в углу Пухлыка, но тот, как всегда медитировал.
